Читаем Моя эпоха полностью

МОЯ ЭПОХА

Представь, что ты по-прежнему живой.

                                         Борис Панкин

Живу как все

Живу как все: пылю без вдохновенья.Ну, в общем, так – впустую, день за днём.Жизнь приучила к боли и смиренью,судьба ведёт извилистым путём.Глаза закрыв и сжав плотнее губы,ищу с людьми распавшуюся связь.«Отстань от нас…» – все говорили грубои пробегали мимо, торопясь.Друзей сейчас заводят в Интернете, ‑мир виртуальный ближе и родней.Ну что за век! Всё в черно‑белом цвете,без красоты и праздничных затей.
2010

«Мы живём на великом разломе…»

Мы живём на великом разломе,на изгибе, на стыке времён.Нет хозяев в запущенном доме,нету веянья гордых знамён.Старики, прожив долго и трудно,постепенно ушли на покой.Жизнь идёт, только вяло и скудно,запинаясь над каждой строкой.Молодые ещё не окреплии не выбрали правильный путь,изумляют лишь краткостью реплик,и вперёд не готовы шагнуть.Восхваляя лишь сладость мгновений,мы забыли значение слов.Не родился таинственный гений,
что страдать и молиться готов.Мельтешат безразличные лицав веренице стремительных дней.Вновь белеет пустая страницав ожидании новых идей.Но я жду и смотрю терпеливона безумную пляску огня.Вечность, вечность – не будь так ленива,ну, обрадуй хоть чем‑то меня.2010

На обломках Империи

Сегодня я выпью не так, как обычно,не так, как приходится пить каждый день.Я выпью за тех, кому стало привычнос усмешкой смотреть на нужду деревень;за тех, кто сегодня дорвался до власти,
в своём вероломстве не зная границ.Какую страну разорвали на части,коварно сплетая узор небылиц!Пришла вдруг орда непонятного цветас фальшивыми лицами сытых зверей.Я громко кричал, только нету ответа.Закрыл кто-то веки отчизны моей.Так выпьем за то, что в итоге осталось:потухшие взгляды бессильных старух,людей нищету и за дикую жалостьк правителям нашим, кто к этому глух;за тех подлецов, что открыли воротаИмперии нашей себе на беду.Кричали при этом: «То воля народа!»Прощайте, Иуды! До встречи в аду.2017

Забрали всё

Забрали всё. В измученной странепрошёл тайфун чудовищный и буйный.И брат - как враг, явившийся извне,войной наполнил праздники и будни.А сердце спит, – не радо ничему.Как странно кровь во мне похолодела.Мир превратился в мрачную тюрьму,где усыпляют разум мой умело.И только совесть яростно бурлит,как будто ищет ясного ответа:ну почему очередной бандитопять остатки пилит от бюджета?И сколько нужно им ещё украсть,чтоб родине закрыть навечно веки?Но что сильнее, чем над жертвой власть...Причём тут Бог? Всё дело в человеке.2017

«Люди, люди – что же с вами…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков , Канта Ибрагимов

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература