Молодой Ленинград 1981

Ядро рогунской бригады скалолазов составляют нурекчане. Работа та же, хотя условия Рогуна и отличаются от Нурека. Нурек расположен на высоте 700 метров над уровнем моря, Рогун — в два раза выше. Нурекская плотина, перекрывшая Вахш в самом узком месте Пулисангинского ущелья, пока что самая высокая в мире. Высота ее 300 метров. Рогунская будет еще выше — триста пятьдесят метров. В отличие от Нурека, трехсотметровый машинный зал ГЭС, высотой в шестьдесят метров, на Рогуне будет расположен в глубине скального массива.

Подобного сооружения мировая гидростроительная практика еще не знала. При строительстве Рогуна учтен нурекский опыт. Расчистку склонов ущелья здесь ведут не снизу, как в Нуреке, а сверху. Если нурекчан оборка ненадежных мест на бортах створа (это самое узкое место ущелья, которое и перекрывают плотиной) часто заставляла прерывать основные работы, то на Рогуне это уже не повторится.

— Что я могу рассказать о себе? — говорит Юра Янович. — Не умею я рассказывать, да и нечего особенно. Обычная биография. Обычная работа. Если хочешь, поговори с парнями из нашей бригады. Может, они расскажут лучше.

Я вхожу в общежитие, в комнату, где живут скалолазы-монтажники. Двое парней — невысокий крепыш Виктор Малюков и рослый, сухощавый, с бородкой флибустьера Константин Бойцов — заканчивают мыть пол. Я снимаю и ставлю на тряпку в угол резиновые сапоги, которые дали мне Яновичи. Небольшая прихожая напоминает склад альпинистского снаряжения — веревки, страховочные пояса, каски, ледорубы. Налево — аккуратная спальня. Мы проходим направо — в маленькую комнатку с большим столом, что-то вроде кают-компании. Чувствуется, что ребята обосновались здесь всерьез, обстоятельно. Они заваривают и разливают по стаканам таджикский кок-чай.

Оба они альпинисты-разрядники. Витя Малюков имеет в своем активе два семитысячника. Мы знакомы с ним с 1976 года. Я работал тогда инструктором в таджикском альплагере «Варзоб», а он стажировался на звание инструктора альпинизма. Разговор заходит о Яновиче, о работе, о восхождениях.

О Яновиче парни говорят очень охотно. Узнав, что я намереваюсь писать о нем, каждый хочет сказать что-то свое.

— Янович — звезда альпинизма. Но, когда находишься рядом, не ощущаешь этого. Скромен. Прост в обращении. Был бы ты сам человек — щедро делится опытом. На тренировках отдает все, что может. У Яновича куча друзей. По работе он у нас опытнейший скалолаз-монтажник. Где сложней, где тяжелей — там Янович. И в альпинизме Юре нужно самое трудное, предельное. Мечтает о Гималаях, о самых высоких вершинах мира, — говорит более молодой Костя Бойцов.

Витя Малюков постарше. Он сдержан, на вид медлителен. На самом деле — сгусток темперамента. Молчит, но желваки на скулах гуляют. Есть в нем что-то от Нагульнова из «Поднятой целины».

— Сам я на Нурек попал в 1973 году, — говорит он, — с людьми схожусь трудно. Я прямолинеен, резок. Были у нас с Яновичем стычки. Но, когда в горах случилась беда с нашим другом, мы с Юрой познакомились по-настоящему. Стали близкими друзьями, родными людьми. При всей его силе, Янович в жизни мягок, беззащитен как ребенок. Не обидчив. Когда надо, сдержан. Не представляю, чтоб он мог кого-то ударить, обидеть, унизить. Джентльмен. За это его уважают. Юра — натура сильная. Соревнование у него в крови. Говорит: «Мне мало быть равным. В спорте хочу быть сильней других, потому и тренируюсь». Дух соперничества у него очень силен. Сам я такой же. На тренировках мы стараемся не бегать вместе.

Входит Павел Крылов, скалолаз-монтажник из этой же бригады. Он строен, легок — прирожденный скалолаз. Глаза темные, с затаенной усмешкой, густые черные брови.

— Он Юру знает давно, его земляк, — говорят ребята.

— Меня из Подольска в 1972 году перетянул на Нурек Янович. Он же вовлек меня в альпинизм и в скалолазание. В обиходе с ним легко. В спорте — сложнее. Там он фанат. Не жалеет ни себя, ни других. И в работе — заводной. Всегда впереди.

К разговору снова подключается Виктор Малюков:

— Для нас Янович — пример: смотри и делай, как он. На работе это мужик, для которого не существует «нельзя сделать», «не могу». Никогда не ищет путей отступления. Очень сильна у него чувство ответственности. Может работать за идею. Никогда не спорил с начальством из-за расценок, будучи нашим бригадиром в Нуреке. Как-то раз было, что мы взбунтовались, а он говорит: «Вы — рвачи. Забыли, что производство финансирует наши экспедиции. Долги надо отдавать. Мы — альпинисты и потому должны сделать». И сделали, конечно. Благодаря ему, очень спортивный дух царил у нас в секции.

Ребята вспомнили о том, как однажды ночью их вызвали на работу прямо со свадьбы Олега Капитанова. Надвигался паводок, который угрожал Нурекской плотине, самый большой паводок за одиннадцатилетний цикл. Необходимо было срочно закончить работы в катастрофическом тоннеле, предназначенном для перепуска излишков воды помимо плотины. И прямо из-за стола вся свадебная компания направилась к катастрофическому тоннелю — чистить дно портала. Успели.