Молодой Ленинград. Сборник второй

Г а й д а р. Сталина. Просмотрите последние газеты, друзья. Статьи о формировании характера советских юношей и девушек… Речь Михаила Ивановича Калинина о коммунистическом воспитании… Закон правительства о трудовых резервах… Партия беспрестанно думает о воспитании юного поколения и призывает к этому нас! А я детский писатель, коммунист. Для меня это — приказ. И я должен вложить все — сердце, волю, разум, но с честью выполнить этот священный для меня приказ!

Штукин берет бокал с вином, подходит к Гайдару. Порывисто, по-мужски обнимает его.

Ш т у к и н. Я пью за тебя, Аркадий!

Г а й д а р (поднимает бокал). За то, чтобы оправдать свое существование перед людьми! Так, други?

Ш т у к и н. Так, расчудесный ты человечище, так!

За окном гудок автомобиля.

Это за мной. Надо ехать.

Г а й д а р (разливая вино). По последнему… У меня сегодня необыкновенный день! Встретился с вами, через час Новый год и еще… очень для меня дорогое! — меня опять берут на военный учет. Значит, я нужен Родине!

О л ь ш е в с к и й. За Родину!

Встают. Поднимают бокалы. За окном настойчивый гудок автомобиля.

Т е м н о т а.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

В музыке нарастает грозная военная тема. Переворачивается страница книги. Перед нами — Г а й д а р. Ремни походного снаряжения привычно лежат на его плечах. На петлицах неизменной гимнастерки — знаки различия полковника. Не видно лукавой усмешки в глазах, они смотрят пристально и сурово, в них — боль, ненависть и великий гнев.

Г а й д а р. Война… Вот и пришла гроза и гремит зловещий гром: разрываются вражеские бомбы в наших городах! Опять свистят пули, опять воют снаряды! И отцы ушли и братья ушли! Эй вы, мальчишки! Помните ли вы? Отвага! Дружба! Честь! Победа!

Т е м н о т а.

КАРТИНА ДЕВЯТАЯ

Перрон вокзала Москва-товарная. Слышатся гудки паровозов, далекая песня. Голос по радио: «...В течение двадцать восьмого августа шли упорные бои с противником на всех фронтах. После ожесточенных боев нашими войсками оставлен город Днепропетровск...» На перрон выходят  С у х а р е в  и  Г а й д а р.

С у х а р е в. Не проси, Аркадий. В часть я тебя не возьму. Военные корреспонденты тоже на войне нужны! Знаешь, небось, не маленький…

Г а й д а р. Знаю, Иван Степанович. Но я хочу воевать сам, а не писать о том, как другие воюют!

С у х а р е в. Ты это врачам скажи. Они тебя в действующую не пускают!

Г а й д а р. Да что врачи! Выдумали все. Никаких у меня болезней нет!

С у х а р е в. Ну, я-то знаю… Успеешь навоеваться, Аркадий. В этой войне всем дела хватит!

Г а й д а р. Да, война будет тяжелой. Как-то мои мальчишки?..

С у х а р е в. Думаешь, не выдержат?

Г а й д а р. Нет, Иван Степанович, выдержат! Трудно придется, но выдержат!

С у х а р е в. Ну вот и я так думаю. Школа у них подходящая! У тебя когда отправка?

Г а й д а р. В шестнадцать тридцать.

С у х а р е в (взглянув на часы). Что ж так рано приехал?

Г а й д а р. Ребята сегодня отправляются… А отсюда ли и когда — узнать не удалось.

С у х а р е в. Военная тайна. Позвонил бы, может быть и узнали…

Г а й д а р. Поздно догадался, вы уже на вокзал выехали… Прямо в действующую ребята махнут!

С у х а р е в. Завидуешь?

Г а й д а р. Завидую.

С у х а р е в. И мне завидуешь?

Г а й д а р. И вам завидую, товарищ член Военного Совета!

С у х а р е в. Завидуйте, товарищ военный корреспондент! Это зависть хорошая. Письма писать будешь?

Г а й д а р. Буду, Иван Степанович.

С у х а р е в. Смотри…

К Сухареву подбегает молодой лейтенант.

Л е й т е н а н т. Товарищ член Военного Совета, разрешите доложить?

С у х а р е в. Докладывайте.

Л е й т е н а н т. Погрузка окончена, через десять минут отправление!

С у х а р е в. Хорошо. Можете идти.

Лейтенант козыряет, быстро уходит.

Пойдем, Аркадий, проводишь до вагона. Может своих ребят там встретишь. (Уходят.)