Читаем Money. Неофициальная биография денег полностью

В Месопотамии на протяжении тысячи лет существовал один из трех компонентов денег – система учета, созданная на основе письменности и счета. Однако невероятно сложная командная экономика, опиравшаяся на значительный бюрократический аппарат, не нуждалась в создании универсальной концепции экономической ценности. Все, что ей требовалось (и что она довела до совершенства), – это несколько узкоспециальных понятий ценности, каждое из которых имело собственный стандарт. Именно поэтому Месопотамия так и не изобрела первого компонента денег – единицу абстрактной универсальной ценности. В гомеровской Греции, напротив, успела сложиться примитивная концепция универсальной ценности и стандартов для ее измерения. Однако в Греции Темных веков не существовало ни письменности, ни счета – не говоря уже о бухгалтерском учете. Первый компонент денег у греков имелся, хотя и в зачаточном состоянии, а вот второго не было. Ни месопотамская, ни древнегреческая цивилизация не располагали всеми необходимыми ингредиентами для создания денег. Но когда модернизационные технологии Востока – письменность, счет и бухучет – попали на почву, оплодотворенную западной идеей об универсальной шкале ценности, возникли наконец все условия, необходимые для изобретения денег.

Торжество анархии

Едва были выполнены все необходимые условия, процесс пошел, и весьма стремительно. Эволюция идеи об универсальной ценности берет начало в рамках политического института – ритуала раздела жертвенного быка, после чего распространяется на другие социальные, религиозные и правовые институты. То, что с незапамятных времен было частью ритуала и в этом качестве обладало собственной ценностью, не сопоставимой ни с чем иным, теперь стало восприниматься в сравнении с универсальной ценностью и измеряться при помощи денежной единицы. На стенах одного из крупнейших культовых сооружений Древней Греции – храма Геры, возведенного в начале VI века до н. э. на острове Самос, – имелись высеченные обеты и молитвы, в которых упоминались денежные ценности. Примерно в то же время в Афинах награды за победу на панэллинских играх указываются в денежных единицах: 100 драхм победителю Истмийских игр, 500 драхм – победителю Олимпийских. Следует учитывать, что новая идея универсальной экономической ценности применялась не только в официальных кругах; ею пользовалось и рядовое население. Например, надпись на металлической пряжке, датируемой примерно 500-м годом до н. э., горделиво сообщает, что ее владелец – наемный писец – получил в качестве платы за свою работу целых 20 драхм.

Распространение первых двух компонентов денег – идеи универсальной единицы измерения ценности и практики ее учета – способствовало развитию третьего элемента: принципа децентрализованного оборота. Новая идея универсальной экономической ценности сделала возможным обмен обязательствами без обращения к третьей стороне, выступающей гарантом. Рынок требует, чтобы люди, вступая в отношения купли-продажи или найма на работу, вместо того чтобы обращаться к некоему арбитру, который скажет, как им надо поступать, самостоятельно договаривались между собой. Но для успеха таких переговоров необходим общий язык – разделяемое всеми сторонами понимание смысловой нагрузки каждого слова. Следовательно, для существования рынка необходимы разделяемое всеми понятие ценности и стандартизированные единицы ее измерения. Заметим, что речь идет не об общем представлении, сколько стоит тот или иной товар или услуга, – торговаться участники сделки могут сколько угодно, но лишь после того, как договорятся об общей единице экономической ценности. Без нее никакой торг невозможен. Не определив между собой, что такое доллар, бессмысленно торговаться о цене товара или услуги, поскольку каждый из участников сделки говорил бы, фигурально выражаясь, на своем языке, непонятном остальным.

Но этим влияние денег на общество не ограничилось. Отныне традиционные общественные обязательства можно было не только подсчитывать и оценивать, но и передавать от одного человека другому. Чудо денег породило другое чудо – рынок. С изобретением чеканки монет вести учет и передавать эти обязательства стало невероятно просто. Первые известные нам монеты появились в Ионии и Лидии в начале VI века до н. э. Но именно в греческих городах-государствах родилось понимание того, что монеты – это идеальное средство воплощения концепции экономической ценности. Здесь чеканка монеты началась в конце VI века до н. э. Распространение нового метода шло стремительно и повсеместно: к 480-м годам до н. э. в Греции уже действовало около сотни монетных дворов.

Перейти на страницу:

Все книги серии Big Ideas

Money. Неофициальная биография денег
Money. Неофициальная биография денег

В этой книге Феликс Мартин спорит с самым распространенным взглядом на происхождение денег – с тем, что они появились как средство обмена одних товаров на другие.Отталкиваясь от максимы «Меньше всего о воде знает рыба», он считает, что «ведущие экономисты мира» страдают непозволительной узостью взгляда и просто «не видят за деревьями леса». Анализируя значительный исторический материал (от Древней Месопотамии до наших дней, включая опыт Афин, Спарты, средневековых Англии и Франции и даже Советского Союза), Мартин приходит к выводу, что деньги – это в первую очередь социальная технология, своего рода регулятор общественных связей, и основное их предназначение – сглаживать и устранять конфликты. Деньги должны помогать обществу одновременно решать две задачи: обеспечивать экономическое развитие и сохранять социальную стабильность.Современный капитализм, по мнению Феликса Мартина, хорошо зарекомендовал себя как локомотив развития, но отдал контроль за деньгами банкам и техническим специалистам, увязшим в своих умозрительных теориях и излагающим их на непонятном обществу языке. Злоупотребление силой денег со стороны финансовых институтов приводит к жестоким экономическим кризисам, раздирающим современное общество.Обладая широким историческим и культурным кругозором, автор наполнил книгу массой интересных сведений, не перенасытив специальной терминологией. Написанная ярким, живым языком, она заинтересует не только финансистов, экономистов, историков и культурологов, но и самую широкую читательскую аудиторию.

Феликс Мартин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
10% Human. Как микробы управляют людьми
10% Human. Как микробы управляют людьми

На протяжении многих лет мы недооценивали роль обитающих в нашем теле микроорганизмов, но передовая наука полностью меняет наш взгляд на них. Микробы управляют нашим здоровьем — сегодня это доказанный факт.Книга Коллен — это увлекательный рассказ о последних достижениях микробиологии. От состояния микрофлоры человека зависит его вес, бесперебойность работы иммунной системы, душевное здоровье и даже… выбор спутника жизни. Причину многих недугов современного человека — ожирения, аутизма, психических заболеваний, пищевых расстройств, аллергий, аутоиммунных нарушений и рака — следует искать в неумении беречь самых преданных и надежных помощников — наших «родных» микробов.Наука о микробах открывает новые горизонты перед современной медициной. В том числе утверждает — и это хорошая новость, — что мы способны влиять на состояние микроорганизмов в нужном нам направлении.

Аланна Коллен

Здоровье / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Медицина
Homo Deus. Краткая история будущего
Homo Deus. Краткая история будущего

В своей первой книге, ставшей всемирной сенсацией «Sapiens. Краткая история человечества», Юваль Харари рассказал, как Человек Разумный пришел к господству над нашей планетой. «Homo Deus» является своего рода продолжением темы – это попытка заглянуть в будущее.Что произойдет, когда Google и Facebook будут лучше, чем мы сами, знать наши вкусы, личные симпатии и политические предпочтения? Что будут делать миллиарды людей, вытесненных компьютерами с рынка труда и образовавших новый, бесполезный класс? Как воспримут религии генную инженерию? Каковы будут последствия перехода полномочий и компетенций от живых людей к сетевым алгоритмам? Что должен предпринять человек, чтобы защитить планету от своей же разрушительной силы?..Главное сейчас, полагает Харари, – осознать, что мы находимся на перепутье, и понять, куда ведут пути, простирающиеся перед нами. Мы не в силах остановить ход истории, но можем выбрать направление движения.

Юваль Ной Харари

Документальная литература
Осязание. Чувство, которое делает нас людьми
Осязание. Чувство, которое делает нас людьми

Мы привыкли верить своим глазам и ушам, но не всегда отдаем себе отчет в том, что огромный объем информации получаем не через них, а через кожу. Осязание – самое древнее из чувств. И зрение, и слух возникли в ходе эволюции гораздо позже. Установлено, что человеческий эмбрион уже в материнской утробе способен осязать окружающий мир.Профессор неврологии и известный популяризатор науки Дэвид Линден увлекательно и доступно – буквально «на пальцах»– объясняет, как работают сложные механизмы осязания, а заодно разбирает его многочисленные загадки. Почему перец кажется нам жгучим, а мята – холодной? Почему мы боимся щекотки, если нас щекочет кто-то другой, и не реагируем на нее, если пытаемся пощекотать себя сами? Что на самом деле происходит там, где чешется? Чем оргазм принципиально отличается от других мышечных спазмов, например чихания?В книге Дэвида Линдена читатель найдет ответы на эти и многие другие вопросы.

Дэвид Линден

Биология, биофизика, биохимия / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Гитлер
Гитлер

Существует ли связь между обществом, идеологией, политической культурой Германии и личностью человека, который руководил страной с 1933 по 1945 год? Бесчисленных книг о Третьем рейхе и Второй мировой войне недостаточно, чтобы ответить на этот ключевой вопрос.В этой книге автор шаг за шагом, от детства до берлинского бункера, прослеживает путь Гитлера. Кем был Адольф Гитлер – всевластным хозяином Третьего рейха, «слабым диктатором» или своего рода медиумом, говорящим голосом своей социальной среды и выражающим динамику ее развития и ее чаяния?«Забывать о том, что Гитлер был, или приуменьшать его роль значит совершать вторую ошибку – если первой считать то, что мы допустили возможность его существования», – пишет автор.

Руперт Колли , Марк Александрович Алданов , Марлис Штайнер

Биографии и Мемуары / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука / Документальное
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду
Неразумная обезьяна. Почему мы верим в дезинформацию, теории заговора и пропаганду

Дэвид Роберт Граймс – ирландский физик, получивший образование в Дублине и Оксфорде. Его профессиональная деятельность в основном связана с медицинской физикой, в частности – с исследованиями рака. Однако известность Граймсу принесла его борьба с лженаукой: в своих полемических статьях на страницах The Irish Times, The Guardian и других изданий он разоблачает шарлатанов, которые пользуются беспомощностью больных людей, чтобы, суля выздоровление, выкачивать из них деньги. В "Неразумной обезьяне" автор собрал воедино свои многочисленные аргументированные возражения, которые могут пригодиться в спорах с адептами гомеопатии, сторонниками теории "плоской Земли", теми, кто верит, что микроволновки и мобильники убивают мозг, и прочими сторонниками всемирных заговоров.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дэвид Роберт Граймс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература