Монологи эпохи. Факты и факты

Никакая экономика этого не выдержит. Советская рухнула именно по этой причине, но при Брежневе во всём Союзе, превышающем, повторяю (!), Россию вдвое по численности населения, было менее 1 миллиона 750-ти тысяч чиновников. И брали, полагаю, значительно меньше. Так, что до поры до времени экономика выдерживала. Такая вот статистика на 2010-й!

Сильно сомневаюсь, что к 2014-му что-то существенно изменится.

Бочка варенья да ящик печенья

События недавних лет, связанные с уходом из жизни Егора Тимуровича Гайдара, инициировали две диаметрально противоположные волны.

Представители одной — расписывали, какого мы потеряли гениального и героического премьера и демократа. Вторая волна шла под лозунгом «сдох, туда ему и дорога», «гори он в аду синим пламенем». Прошло определенное время, пики и той и другой волны уже стали спадать. И я попробую дать свою оценку, опираясь на факты и свой жизненный опыт.

При судействе обычно отсекают крайние оценки, хотя политика и экономика, людские судьбы — это не фигурное катание. Но я тоже автоматически отсекаю крайние позиции, хотя имею основания для судейства предвзятого. Я прошел три года горячих точек по Великой России — Советскому Союзу, а затем видел, как разгораются межнациональные конфликты уже в так называемой «новой России». Но, как и те, так и эти горячие точки вспыхнули на либерал-демократической волне, были сотворены этим лагерем. Говорят, что благими намерениями выстлана дорога в ад. Миллионы людей в одночасье утратили человеческое обличье, пролились реки крови. Куда там классику с его одной слезинкой ребёнка! Стоят ли все эти реформы тех жертв, принесённых на алтарь рыночной экономики, так до сих пор не построенной?

Что касается конкретно Гайдара. Уход любого человека из жизни — трагедия. И с обыденной точки зрения можно только посочувствовавть семье и близким Егора Тимуровича. Если же с личностного уровня перейти к оценке деяний, то одновременно я не мог не возмутиться усилиями единомышленников Гайдара, Чубайса, Хакамады и других, внушить забывчивым, что де именно покойный спас страну. Подобные спекуляции продолжаются и по сей день.

Можно сколь угодно ловко жонглировать фразой, что о мёртвых либо хорошо, либо — ничего. Но это суеверие тёмных веков, а вот просветитель Вольтер утверждал, что «о мёртвых ничего, кроме правды». Эту часть известной пословицы у нас благополучно опускают, когда это невыгодно.

По моему мнению, Гайдар и подобные ему помогли Ельцину загнать страну в такую пропасть, куда Россия никогда, за все время своего существования, ещё не погружалась. Один из каньонов этой пропасти, когда мы пожинали очередные плоды реформ, дефолт 1998-го года.

В чёрные августовские дни на пост премьер-министра России на смену горе-реформаторам должен был прийти совсем иной человек. Опытный, мудрый, трезвый и, самое главное — честный. Такой, который бы взялся за это тяжкое, неподъёмное дело — вернуть доверие к власти и остановить панику. Этим политиком оказался Евгений Примаков. И уж если кто спасал страну — так это он, а не новоявленные демократы, которые к тому времени промотали уже решительно всё, при них мошенники сказочно обогатились в считанные месяцы, а честные стали нищими. Нельзя сказать, что Евгений Максимович провёл какие-то новые реформы, но он сделал гораздо большее. Прекратил эксперименты над уже тяжело больной страной. Оградил её от кровопийц типа Березовского. И экономика России начала выздоравливать.

Ельцин отблагодарил Примакова: как только опасность миновала — отправил в отставку. А вот Гайдар, прочмокавший страну, получил под свой институт роскошнейшее здание в центре столицы, по иронии судьбы — прямо напротив бывшего ОБХСС, ныне — УБЭП. Молочные реки с кисельными берегами для Гайдара лично и прочих плохишей состоялись. Кстати, по признанию Кудрина Егор Тимурович до последних дней помогал ему в работе — проводить жёсткую монетаристскую политику.

Любят у нас либералы полоскать фигуру Сталина и его эпоху, чей промышленный и духовный потенциал поддерживает Россию и по сей день на плаву. Я — не сталинист, и я очень жёстко оцениваю то, что было сотворено режимом в стране сразу после принятия самой демократической в мире Конституции тридцать шестого года.

Но посмотрим на вещи трезво. Да, почти двадцать миллионов жизней, впрочем, со слов тех же демократов (но, допустим), в 1940–50-е годы были принесены в жертву сталинским реформам. Зато в ходе сталинского строительства страна получила технологическую независимость, реально продвинулась вперёд в сфере образования, науки и техники, выстояла в Великой Отечественной войне.

Что касается рыночных реформ в мирное по большому счёту время, они стоили нам тех же двадцати миллионов жизней. Достаточно умножить численность населения бывшего СССР на падение продолжительности жизни. В то же время мы потеряли территорию, технологическую и экономическую независимость, мировой статус, духовные ориентиры, катастрофически снизили уровень образования и здравоохранения.