Морфология истории. Сравнительный метод и историческое развитие

Романское влияние, прежде всего в государственно-правовой сфере, было настолько сильным, что вся средневековая культура оказалась проникнутой этим формально-правовым влиянием. Понятия права проникли глубоко в души, и при этом оказались связанными с такими представлениями, с которыми они не должны быть связаны, на которые они оказывали губительное влияние. Так, правовые понятия видоизменили христианскую религию, она стала “религией вины”, центральным ее образом стал суд, главным героем - судья. “В средние века “юридическая” сторона христианской религии была мощно усилена. “Судебное мышление”, столь свойственное людям феодальной эпохи, совершало свою экспансию и за пределами социального, вообще земного мира. Творца изображали в виде Судии, восседающего во главе трибунала, на небеса переносится образ судебной палаты. Человеческая жизнь мыслится как подготовка к завершающему ее судебному процессу… Всякий грех “пишется в строку”, на каждого на том свете заведено своего рода досье, и на суде эти перечни заслуг и прегрешений будут предъявлены” (Гуревич, 1989: 147, 153).

Это сказалось, например, на истории рыцарских орденов, в частности, на специфике ордена иезуитов. “Религия вины” подмешива ется в христианство, создавая новые его формы, чуждые христианству по духу. Другим проявлением упомянутого недолжного влияния правовой сферы на культуру, на религиозную жизнь, стал институт инквизиции, не чуждый ни православной, ни протестантской церквям (сожжение еретиков), но с особой силой развитый католичеством. Становление “религии вины” - дело Средневековья, но в полной мере развернулись последствия такого рода мышления уже в Новое время, - ведь и история иезуитов, и инквизиция в значительнейших своих чертах - дело Нового времени. Развитие этого отягощающего влияния можно видеть и в истории догматов. Идея чистилища, где пытками воздают за грехи, была характерна для Западной церкви, представление о нем появилось еще в VII-VIII вв., а в XIII в. папа утвердил догмат о чистилище, в Новое время получивший полное признание.

Далеко не только католицизм участвует в этом омертвлении христианства. Протестантизм, распространившийся в Центральной, Северной Европе, а также в Соединенных Штатах, дополнил этот сухой юридический элемент новообразованием: детальнейшей, мелочной бухгалтерией добра и зла, а также доктриной о предопределении. Эти плоды не отвергнуты; современное христианство - со всем его скептицизмом и светскостью, “диалогом” с естественным науками, в которых священники выглядят в большей степени скептиками, чем сами ученые, усталостью и самообманом, - результат духовных воздействий, произошедших в Средние века и в начале Нового времени.

Это изменение характера реально существующего христианства осознается далеко не в полной мере; обычной причиной успокоенности по этому поводу служат внутренние рассуждения с лейтмотивом “не может же на самом деле быть все так плохо”. Однако мне представляется, что дело именно таково: искажения христианства в Средние века, продолженные и развитые в Новое время, можно квалифициро вать как мертвящие. Сейчас источник христианского мироощущения почти недоступен; мне представляется, что работа церкви привела к тому, что истину христианства более не следует искать в ее стенах. Религия, которую массы воспринимают как религию загробного воздаяния, - это не та религия, которую Христос принес в мир. Пока грех ассоциируется с понятием возмездия, а не с представлением о развитии, наличное во внешней жизни христианство остается фактором, отклоняющим от христианского пути.

Мы видим, как все аспекты телесного существования приковывают к себе внимание человека Возрождения. К таким аспектам относится и национальность - такое же естественное, неотторжимое условие телесного существования человека, как смерть и пол. Как и прочие телесные атрибуты, она приобретает в Новое время особое значение, несравнимое с тем, что имела раньше. И в этом смысле исторические теории, выводящие историю из процесса этногенеза, являются истинными детьми своего времени - пройдет это время, и они перестанут волновать умы. Мы уже видели, как эта возникшая в Возрождении национальность, обостренное национальное чувство сплелось с государственным строительством и повлияло на весь ход всемирной истории.