Может собственных платонов...

Поэт — он уже создал то поэтическое произведение, которое, как поняли вполне потомки, положило начало новой русской литературе — оду на взятие Хотина; он первый услышал звон того русского стиха, которому было суждено навсегда овладеть русской поэзией.

Ученый — он уже был автором трактата об открытом им русском стихе.

Переведя взор со здания Академии наук на Неву, Ломоносов смотрит на дальние берега. В дымке черта небосвода. Там — Россия… Русская земля… Русский народ…

Ему вспоминается строка из его оды: «В труд избранный наш народ».

Физик и поэт, химик и астроном, металлург и специалист по горному делу, минералогии, историк и филолог, он вместе со своим народом избран в труд.

Стоящему на борту корабля Ломоносову припоминаются давно сказанные ему слова: «Как поднимешься ты науками высоко, с той высоты на всю нашу русскую землю гляди. И рассматривай, где на ней правда и где неправда. За правду стой, против неправды бейся — жизни не жалея».

«Жизни не жалея…» — повторяет он про себя.