Можно ли умереть дважды?

— Насколько я понимаю, ты купил квартиру на часть этой суммы.

— Да, все правильно. Ту, куда твои коллеги заявились сегодня утром.

— И как дорого она тебе обошлась?

— В четыре миллиона. Если бы не случившаяся трагедия, мы пробыли бы в Бангкоке по крайней мере еще год. Но я ушел на больничный, и меня отправили домой в Стокгольм. А нашу старую квартиру мы продали, когда уезжали. Мне же нужно было где-то жить.

— Да, естественно, — согласился Бекстрём. — Это ведь всем необходимо, и здесь нет ничего странного.

— И что тебя интересует тогда?

— Я подумал об остальных деньгах. Куда они делись?

— Я отдал их семье Джейди. Ее матери и брату. Перевел в Таиланд, как только их выплатили. Я даже не мог думать о них.

— Да, это я могу понять, — согласился Бекстрём. — Но как ты сделал это чисто практически? Кто позаботился об этом для тебя?

— Брат Джейди помог мне, — признался Даниэль Джонсон. — Он ведь американский ревизор. Фирма, в которой он работает, одна из крупнейших в своем роде в мире. У них есть офис здесь в Стокгольме, так что они помогли мне. Да, и банк, конечно, СЕ-банк. У меня есть бумаги на все, на каждую крону. Они стоят в папке в моем служебном кабинете.

— Я верю тебе, — сказал Бекстрём. — Сам поступил бы подобным образом. Кого волнуют деньги, когда случается такая трагедия.

Первый допрос, который проводил Бекстрём, длился целый час. После чего Лиза Ламм взяла бразды правления в свои руки и объяснила, что Даниэль Джонсон подозревается в четырех различных преступлениях. Убийстве своей жены Джейди, ненадлежащем обращении с останками покойного, поскольку потом попытался спрятать ее мертвое тело, в краже или в качестве альтернативы в попытке таковой в связи с тем, что хотел уничтожить улики, а также в препятствовании правосудию, направленному против их маленького свидетеля. Когда она потом спросила Даниэля Джонсона относительно его отношения к этому, он лишь покачал головой и бросил взгляд на своего адвоката.

— Я ничего не понимаю, — сказал Даниэль Джонсон. — Я убил мою жену, погибшую во время цунами двенадцать лет назад? А все другое, что я якобы сделал? Я даже представления не имею, о чем вы говорите.

— Как я понимаю, ты отрицаешь обвинение по всем пунктам, — сказала Лиза Ламм.

— Да, я даже не представляю, о чем ты говоришь. А чего ты ожидала?

— Тогда я все равно принимаю решение задержать тебя, — заявила Лиза Ламм.

— Почему-то меня это не удивляет, — сказал Даниэль Джонсон. — Но сейчас я хочу переговорить с моим адвокатом. С глазу на глаз.

— Естественно, — согласилась Лиза Ламм. — Кроме того, я думаю, он сможет рассказать тебе причины наших обвинений в твой адрес. Познакомить тебя с ними в деталях.

— Замечательно, — буркнул Даниэль Джонсон. — Ведь ни ты, ни твой помощник не преуспели в этом деле.

— И что ты думаешь об этом? — спросила Лиза Ламм, как только они с Бекстрёмом остались наедине.

— Джонсон далеко не идиот, — ответил Бекстрём. — Он будет помогать нам со всем, что не может бросить на него тень, ведь в противном случае напрасное упорство принесло бы ему только вред. Все иное будет отрицать. И я имею в виду не только его бывшую супругу. Как он смог бы убить ее? Она же умерла во время цунами. Об этом у него есть бумаги, подписанные нашими коллегами.

— Приведи другой пример.

— Да сколько угодно, — сказал Бекстрём. — Вспомним Янов день, который он провел в трактире в Мариефреде. Естественно, он был там один.

— Но он ведь снял двухместный номер.

— А ему нравится иметь много места, когда он спит. Или немного запасного пространства на случай, если подцепит кого-то.

— Но он ведь обедал и ужинал в обеденном зале, — напомнила Лиза Ламм.

— Да, и я видел счет, — сказал Бекстрём. — С таким заказом мне не составило бы труда справиться в одиночку. Неужели ты думаешь, нам удастся найти официантку, обслуживавшую его и того, кто, возможно, составлял ему компанию? В Янов день пять лет назад? Забудь. Если бы я смог найти такую, пожелавшую свидетельствовать об этом, то утверждал бы, что она лжет.

— Да, — согласилась Лиза Ламм. — Я также обратила внимание на отсутствие Джейди во всех документах.

— Да и вообще он просто был на озере Меларен и ходил под парусом. Один, естественно, так поступает много парней.

— А как мы поступим сейчас?

— Будем работать как обычно, — сказал Бекстрём. — Он сделал это? Само собой. Рано или поздно проговорится. Так обычно происходит с ему подобными, стоит им немного посидеть за решеткой.

93

После того как Даниэль Джонсон провел в следственном изоляторе сутки, Лиза Ламм потребовала изменить ему меру пресечения. И добилась успеха. Его арестовали, помимо прочего, по обвинению в убийстве. Следующие прения в суде должны были состояться через четырнадцать дней.