Muse. Electrify my life. Биография хедлайнеров британского рока

Концерт на следующий день в клубе «Кибер» в Филадельфии пришлось отменить, но благодаря мощным рецептурным обезболивающим и краткому отдыху Мэтт почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы продолжить гастроли четыре дня спустя, в 550-местном «Боуэри-Болрум» в Манхэттене. На следующей неделе, пока 18 апреля в Монреале швы не сняли, при пении он чувствовал, как они врезаются ему в кожу; в конце концов они начали врастать прямо в губу.

В буквальном смысле бросая свои жизни на алтарь рока, Muse той весной устроили в Америке настоящий фурор, раскрутившись быстрее, чем любая другая группа, кроме разве что Coldplay. Поскольку они были футуристической группой и уделяли много внимания технологической стороне работы, американское онлайн-сообщество хорошо их знало, несмотря на отсутствие их дисков в музыкальных магазинах, а Origin Of Symmetry был, можно сказать, интернет-фаворитом – вплоть до того, что американские зрители наизусть знали песни, еще не вышедшие в США. Когда они добрались до клуба «Кабаре» в Монреале, вмещавшего тысячу человек, на них съехались люди из самых разных штатов, среди зрителей стали все чаще появляться британские флаги, и Muse вновь буквально на каждом шагу сталкивались с одержимыми фанатами. Похоже, не было в мире ни одной территории, обладавшей иммунитетом к их мрачной притягательности, особенно для изгоев; кроме того, возможно, их отношение к иракской войне, которое так явно было высказано на альбоме Absolution и в сопроводительных интервью, придало группе популярности среди более интеллектуального антивоенного меньшинства в США. Их музыка была достаточно значительной, чтобы задеть душу даже самых мрачных слушателей, но при этом сложной и «не от мира сего», чтобы стать и источником эскапистских острых ощущений.

Мэтт уж точно не пытался как-то опровергнуть это впечатление в своих интервью, которые давал на гастролях. Он говорил о своей потребности подавлять экстремальные чувства, например, желание достать большую пушку и перестрелять всех, кто действует ему на нервы. Рассказывал о страхе смерти, который охватывал его всякий раз, когда взлетал его самолет. А еще он расширил свою теорию о том, что человечество – это клоны, которых создали специально, чтобы добывать ресурсы Земли для инопланетной расы Ситчина: он заявил, что минотавры существуют и тоже входили в ту же программу клонирования, и именно поэтому в легендах их часто находят в запутанных подземных шахтах[133].

В американском турне Muse пришлось играть куда более импровизированные и спонтанные сеты, чем на аренах, а еще они попали в сеть новой, опасной вредной привычки: азартных игр. Во время лондонского отпуска, продлившегося несколько недель, Мэтт стал посещать полулегальный покерный клуб на Клеркенвелл-роуд и играть там для веселья на небольшие ставки, и вскоре он стал одержим этой игрой. Он вставал с утра и ложился ночью, тасуя карты – даже довел до совершенства технику тасования под ногой. Покер превратился в регулярное послеконцертное времяпрепровождение; в Монреале группа после выступления резалась в карты до шести утра, а когда посередине гастролей обнаружилось несколько выходных, они отправились в Лас-Вегас, чтобы предаться своей новой привычке. А эта поездка привела к появлению еще одного нового интереса: как-то утром группа, выйдя из казино, отправилась на вертолете к Гранд-Каньону; то был первый их полет на вертолете. Увидев, что товарищи по группе страдают от сильнейшего похмелья, Доминик попросил пилота как можно чаще резко опускаться и взлетать, как на американских горках, и в конце концов Мэтт заблевал всю кабину. Дом и Мэтт были в восторге; выйдя из вертолета нетвердыми шагами, они твердо решили научиться летать сами. Собственно, едва вернувшись домой, они заказали совместные уроки, но, как Мэтт понял на примере своего парамотора, времени, чтобы реально чему-нибудь научиться, у них просто не нашлось.

Обрадованные позитивным опытом в Америке, который включал в себя в том числе выступление на популярнейшем тогда фестивале Coachella в Калифорнии и концерте в клубе «Брик-бай-Брик» в Сан-Диего, который закончился тем, что Мэтт выбросил своего «Черного Мэнсона» в мусорный бак (гитару быстро стащил какой-то удачливый фанат), Muse вернулись в Великобританию 11 мая, чтобы подготовиться к самому большому и приятному «челленджу». Когда-то им приходилось играть бесконечные дневные фестивальные сеты по всей Европе, и конца краю им было не видно, а вот летом 2004 года их пригласили на двадцать шесть фестивалей, причем на нескольких из них они должны были впервые выступить хедлайнерами.

И один из них в намного большей степени, чем все остальные, стал одновременно самым великолепным и самым трагичным в карьере Muse.

* * *