Музейный артефакт

Это насторожило воинов. Присказка Старца Горы про рай в тени сабель, да и ряд других признаков указывали на то, что их жизненный путь быстро приведет к смерти. Фарид и Ахмат, так же как все, боготворили Великого Шейха и были ему бесконечно преданы. Но, если быть честными до конца, в рай как-то не торопились.

– Все стремятся к райскому блаженству, но зачем спешить на небеса? – горячо шептал Ахмат на ухо товарищу перед сном. – Разве мы уже пресытились земной жизнью? Я хочу жениться, родить трех сыновей, а потом уже совершить великое предназначение, которое укажет лучезарный Шейх, и тогда… Ведь рай был вчера, есть сегодня и будет завтра – Аллах его не закроет…

Фарид слушал товарища молча, понимая, что в словах его есть здравый смысл. Но эти рассуждения плохо вязались с тем, о чем им постоянно твердили.

– А как это – прямо с экзамена попасть в рай? – так же тихо спросил Фарид.

– Наверное, если кто-то погибнет прямо на глазах Великого… – прошептал товарищ.

Они долго лежали без сна. Фарид нащупал зашитый в кармане перстень. Он знал, что магический талисман принесет ему удачу, исходящее от него приятное тепло расслабило его и успокоило. Он заснул.

* * *

Последний экзамен проходил в закрытом дворе у западной стены, где обычно проходили занятия по военному искусству. Сорок молодых фидаинов выстроились единой шеренгой напротив своих учителей. В белых одеждах и с красными поясами они выглядели живописно и празднично. Руководитель школы Абу ибн Шама обратился к ним с речью:

– Сейчас вы покажете Великому Шейху все, чему научились. Это не учебные занятия, а настоящий бой во имя Аллаха. Кто погибнет в таком бою – попадет в рай. Поэтому ничего не бойтесь и сражайтесь насмерть. Только Великий Шейх может остановить поединок! А может, и не остановить…

Вскоре появился сам Хасан ибн Саббах. Высокий, худощавый, с горделивой осанкой, властным лицом и внимательным оценивающим взглядом. Простая черная одежда из обычного хлопка, мягкие черные сапожки, чалма. Левой ладонью он поглаживал аккуратную седую бородку, а правую заложил за узкий ремень, на котором висел кинжал. Его окружала четверка жилистых охранников с лихорадочно блестящими глазами. Они сторожко оглядывались по сторонам. Чувствовалось, что они готовы на все, как злобные псы, признающие только хозяина.

Великий Шейх прошелся вдоль строя. Фидаины упали на колени и ударились лбами о камни.

– Встаньте, мои верные слуги, – негромко сказал Великий Шейх. – Не будем сыпать зря бесценный песок времени…

Закончив обход, он опустился на специально приготовленный стул. Абу ибн Шама мгновенно подбежал к нему, переломился пополам в глубоком поклоне, сложив руки перед грудью, и начал что-то рассказывать на ухо Старцу, но тот только отмахнулся и бросил короткую фразу.

– Бой в четыре руки! – крикнул ибн Шама. – Сабли!

Наставник быстро вызвал из строя Камиля и Омара, учитель фехтования принес каждому пару боевых, остро отточенных сабель. Прежде чем клинки лязгнули друг о друга, Фарид понял, что Ахмат в своей догадке был прав: в рай или не в рай, но на тот свет сегодня кто-то попадет точно…

Наставник выкрикнул короткую команду. Зазвенела сталь. Экзамен начался. Противники были примерно равны по силам, поэтому долгое время нельзя было определить, кто берет верх. Они по очереди атаковали, защищались, переходили в контратаку…

Но постепенно стало ясно: Камиль лучше владеет техникой боя, вдобавок левой рукой он действует так же, как и правой. Выявленное преимущество укреплялось, Камиль стал наступать, обе его сабли описывали сверкающие круги, неотвратимые, как жернова… Омар медленно пятился назад, лихорадочно пытаясь парировать удары. Но левая сабля попала в жернов, выскочила из крепко сжатого кулака, вращаясь, отлетела в сторону и обреченно звякнула о стену. В следующую секунду второй жернов задел обезоруженную руку, фонтаном брызнула кровь, белая одежда стала алой…

Побледневший Омар еще отмахивался оставшимся клинком, но силы уходили, и он еле держался на ногах. Было ясно: через минуту-другую он будет убит. Спасти несчастного мог только Великий Шейх, но остановит ли он бой, никто не знал. Очередной удар выбил вторую саблю и окончательно обезоружил раненого. Камиль замахнулся, чтобы отсечь ему голову, но Шейх взмахнул рукой, и ибн Шама остановил бой резким гортанным криком.

Омар потерял сознание и упал на каменные плиты. Его быстро унесли. Зато Камиль не вернулся в строй, а удостоился чести сесть у ног Великого Шейха. Он был забрызган кровью и тяжело дышал, но выглядел счастливым.