Муж и другие мелочи жизни

За окном раздались какие-то выкрики и вроде бы даже выстрелы. Но они были так далеко, что совершенно не взволновали Сашу. Небось, фейерверки люди пускают, салютом какие-то свои праздники отмечают. Саше не было до них никакого дела. У нее рушилась вся ее жизнь, потому что мужчина, за которого она вышла замуж и с которым, вопреки всякой логике, собиралась строить счастливую жизнь, оказался жутким подлецом и в отношении нее конченой тварью.

Саша уже и думать забыла, что Леша никогда не предлагал ей любви до гроба, а предлагал он ей всего лишь краткосрочное деловое соглашение. За определенную сумму Саша соглашается сыграть роль его жены, выйти за него замуж и ломать эту комедию какое-то время. Да, все это было так. Но…

Увы, мозг женщины устроен таким образом, что неприятные вещи надолго в нем не задерживаются. Зато собственные идеи, пусть даже совершенно бредовые, имеют способность цепляться за серые клеточки с ловкостью плюща и остаются в голове надолго. Саша помнила, что Леша на ней женился. Помнила, что она надеялась, что, женившись и начав жить с ней семейной жизнью, он и сам постепенно ее полюбит, и места себе не находила от разочарования, что ничего этого он ей так и не дал.

— Он меня кинул!

И женился. И денег не заплатил.

«И еще с Камиллой изменял! А искала я его столько дней! Оно мне было надо, нервы свои на него тратить?»

Саша встала, прошлась по дому. Но он никаких ответов на возникшие вопросы не дал. Разве что Саша убедилась, что здесь обитала счастливая влюбленная пара. И дом этот вовсе не тюрьма, а любовное гнездышко.

Здесь имелась широкая кровать, носящая следы недавнего любовного безумства. И Саше стало по-настоящему худо.

Наверное, от всех переживаний у нее помрачился рассудок. Потому что вместо того, чтобы зарыдать и биться в истерике, она быстро вернулась к столу, налила себе полную до краев тарелку еще горячей солянки и с жадностью стала ее наворачивать, стремительно отправляя себе в рот одну ложку за другой.

А солянка была хороша. Ароматная, густая, томатная, она была именно такой, как сварила бы для себя сама Саша. Сваренная на парной курочке солянка приняла в себя и мелко порубленную копченую грудинку, и ветчинку, и сосиски. Наблюдалась здесь и картошечка, а куда же без нее, родимой. Лавровый лист и черный перчик придавали блюду необходимый аромат. На столе в красивой крыночке стояла сметанка, которой Саша щедро сдобрила еду. Туда же, в тарелку, отправились ломтик лимона, несколько оливок и горсть мелко порубленной зеленушки.

Получилось так вкусно, что Саша даже постанывала от удовольствия. И не надо осуждать, а лучше вспомнить, что на ужин ей досталось всего две полусырые морковки. Так что сейчас девушка должна была себя покормить, чтобы набраться сил и как-то жить дальше.

В таком состоянии ее и застал Вася. Сидящей за чужим столом, с аппетитом уплетающей густую похлебку и жмурящейся от наслаждения.

Какое-то время Вася просто смотрел на девушку. А потом подсел к ней за стол. Саша молча налила ему в чистую тарелку порцию солянки, не спрашивая, добавила сметану, оливки и зелень, и они вдвоем навернули соляночку так, что только треск стоял по всем углам.

Глава 16

Саша наелась первой. Она отодвинула пустую тарелку в сторону и стала наблюдать за тем, как Вася продолжает увлеченно трапезничать. Сама она съесть так много, как мог Вася, никогда бы не смогла. Васька же был еще тот проглот. И, покончив с первой порцией солянки, он немедленно принялся за вторую — густую и наваристую.

Но, когда он протянул опустевшую тарелку в третий раз, Саша решительно сказала:

— Нет!

И кастрюлю подальше отодвинула.

— Ну что тебе, жалко, что ли? — заканючил Вася. — Я еще не наелся.

— Все ты наелся. И даже слишком. Если сейчас налопаешься до отвала, то уснешь, я тебя знаю. Насмотрелась на тебя в детстве.

— Не усну. Что я, маленький?

— Не уснешь, так четкость мысли потеряешь. А мне нужно, чтобы ты мне все объяснил.

— Что?

— Как ты меня нашел?

— Сударушкин подсказал. Просил проверить, пришла ли ты в себя.

— Это он меня по затылку долбанул? Зачем?

— Сказал, что испугался, что затеешь разборки. Хотел дать возможность другу и его любимой удалиться в безопасное место.

— Значит, в этом доме совсем недавно были Алексей и Камилла, — угрюмо произнесла Саша. — Мне это не показалось.

— Да. Не показалось.

— Их никто не похищал?

— Не совсем так. Если хочешь, можешь сама у них обо всем спросить.

— Они все еще здесь?

— Мы их задержали при попытке покинуть «Крутые горки» на очередной машине из гаража их приятеля Сударушкина.

Саша вскочила на ноги.

— Что же ты молчал все это время!

— Ел.

— Ел он! Веди меня к ним!

От головокружения и слабости, которые еще недавно мучили Сашу, не осталось и следа. Тошнота тоже улеглась. Шишка на затылке, правда, еще побаливала, но Саша чувствовала, что и эта боль уже проходит. Вот что значит хорошенько подкрепиться. Сразу силы появляются. И пошел этот Сударушкин со своим здоровым питанием и двумя жалкими морковками куда подальше! Вот какие от них неприятности в жизни приключились.