Музыка рассвета

Но не все традиции были преданы забвению молодой правительницей. Считая себя человеком, шедшим в ногу со временем, она захотела украсить галерею своим портретом. Художникам, взявшимся за заказ, было сообщено, что они могут как угодно пренебречь сходством, но произведение должно быть лучше, чем портрет старой королевы.

Увы, этого условия никто не мог выполнить. Лучшие мастера безуспешно пробовали свои силы, но портрет сменялся портретом, а внимание гостей по-прежнему привлекало изображение старой королевы. Было от чего прийти в ярость! И дочь все более отчужденно относилась к матери. Быстро растаяло облачко фрейлин, вившихся около стареющей королевы, никто не звал ее на праздничные балы, и, наконец, даже появление ее где-либо, кроме отведенных покоев, вызывало оскорбительные взгляды и вопросы…

Тем временем сердце молодой Анны не находило покоя. Однажды, под предлогом реставрации, она велела снять портрет старой королевы и убрать подальше. Но и это не принесло ей удовлетворения. В досаде на художников, она решила сама заняться живописью. Как ни удивительно, но с первых же шагов у нее обнаружился талант. В короткое время она сумела овладеть кистью настолько, что работы ее мало чем отличались от работ ее наставников. Но стоило ей взяться за автопортрет, как что-то начинало ей мешать, и ее старания не венчались успехом. Решив, что в портрете старой королевы заключена какая-то тайна, она велела принести его. Смущенные слуги сообщили, что, выполняя ее волю, они отдали полотно реставратору.

— Так возьмите у него портрет! — последовал приказ.

— Ваше величество, он унес портрет из дворца, сказав, что это — ваше желание, и мы не знаем, где он теперь находится, — лепетали испуганные слуги.

— Может, старая королева облегчит вашу задачу? — предположил один из стражей, приставленных следить за ней. — С тех пор, как портрет унесли, она очень переменилась. Прежде она была печальна и проводила ночи без сна. Теперь она смеется, с кем-то разговаривает, а порой даже танцует!

— Немыслимо, — проговорила королева Анна. — Вероятно, она сходит с ума от старости, к ней нужно пригласить докторов.

Она сама отправилась в покои матери и… невольно протерла глаза. Старая королева встретила ее улыбкой! Нет, старость ее никуда не девалась, но душевная радость светилась в глазах, и в них угадывалась та же красота, что наполняла портрет. Бросив взгляд в зеркало, где отразились они обе, дочь опустила голову. Ее лицо, искаженное досадой и удивлением, рядом с красотой матери, спокойной и величественной, ставило ее в ряд служанок старой королевы Анны.

— Как вы себя чувствуете, ваше величество? — спросила озадаченная дочь.

— Прекрасно, Анна, я стала видеть чудесные сны, которые заменяют мне жизнь!

Королева промолчала и, не простившись, вернулась к себе. С грустной усмешкой остановилась она перед мольбертом и посмотрела на себя в старинное итальянское зеркало. Что-то шевельнулось в глубине его, словно по поверхности осеннего озера пробежала рябь.

Анна закрыла глаза, а когда вновь открыла их, пред ней оказался странный человек, опирающийся на хрустальную трость. Лицо его можно было разом счесть и молодым и очень старым. Глаза казались неподвижными, как будто не видели. Седые волосы выбивались из-под широкополой шляпы.

— Кто вы? — испуганно спросила королева.

— Я реставратор, — ответил незнакомец, не кланяясь и не снимая шляпы.

Анна хотела сурово напомнить ему об этикете, но вдруг заметила, что ее комната словно озарилась неведомым светом. День был пасмурный, но внезапно солнечные лучи упали на стены. Они струились не из окна, а со старой картины, где был изображен закат на море. Другие вещи тоже словно мгновенно обновились и наполнились красотой в присутствии незнакомца.

— Вы, верно, недурной мастер, если вас чувствуют картины! — в замешательстве произнесла Анна. — Не могли бы вы создать мой портрет?

— Я не беру кисти в руки, — ответил он, — но готов помочь вам, если вы сами возьметесь за дело.

Его глухой голос внушал какой-то страх и уважение. Королева не смела ему приказывать, но была готова подчиниться. Спустя какое-то время Анна обнаружила себя в старинной мансарде со множеством комнат. Реставратор обещал показать ей живое зеркало, которое поможет ей написать собственный портрет таким, каким она хочет его видеть.

Глубокой ночью реставратор зажег свечи. На зов хозяина вошли музыканты, и заиграла тихая музыка. Взяв Анну за руку, мастер подвел ее к пустой золоченой раме:

— Загляните в нее!