Музыкант в Зазеркалье

[Прохорова] не вела ни с кем. Даже с самыми близкими? НИ С

КЕМ».

Ну а теперь – слово биологу и зоопсихологу Ю.А. Лабасу (1933–

2008), в книге которого пересказывается в чудовищно распухшем

виде сплетня о моем отце и которого трудно заподозрить в

желании мне помочь [6, с. 266]:

«В нашей квартире [т.е. в посещаемой многими знаменитостями

квартире Лабаса – А.Л.] впервые, еще в машинописи, читали вслух

«Доктор Живаго» (рукопись, полученную от Б.Л. Пастернака,

приносил Фальк), в авторском исполнении слушали «Крутой

маршрут» Е.С. Гинзбург, песни А. Галича и позже – Бачурина.

ЕЩЕ ПРИ СТАЛИНЕ В.И. ПРОХОРОВА, ДО ЕЕ АРЕСТА, ПЕРЕ-

СКАЗЫВАЛА «1984 год» И «СКОТНЫЙ ДВОР» ДЖ. ОРУЭЛЛА».

Итак, ложь локализована и названа. Причем – ложь

фундаментальная. Я позволю себе не называть лжеца, не

рассматривать возможных мотивов лжеца, а предоставляю эту

возможность читателю. Вообще, ложь необходимо отличать от

досадных оплошностей, недоразумений, забывчивости… Не

правда ли, все это довольно удивительно и не похоже на плоскую

картину тоталитарного (не-лагерного) бытия, излагаемую во

множестве мемуаров?

Теперь – об одной особенности кампании против моего отца. То,

что отец невиновен, непредвзятому человеку должно было стать

ясно уже после прочтения предпоследнего издания моего «Гения

зла» (2003). Однако, кампания против отца продолжалась. Со мной

не спорили, мои доводы просто не замечали.

Это, конечно, фирменный стиль, о котором писал еще Юлий

Марголин [7]:

«Нет такого лозунга, нет такой нелепицы и лжи, которых нельзя

было бы путем тысячекратных и многолетних повторений

навязать сознанию человека. <…> Не надо убеждать,

достаточно повторять».

Откомментировать возникшее в результате многолетней кампании

отношение в интеллигентных кругах к моему отцу можно словами

самого Лабаса (написанными им, впрочем, по совершенно иному

поводу [6, с. 288]):

«В медицине аналог такой патологии известен: организм

собственные ткани начинает принимать за чужие и энергично

разрушать фагоцитами. Конец обычно летальный...»

В заключение – еще два слова о Лабасе, потрясшем меня своими

мемуарами. Вот что еще пишет этот вернейший из друзей

Прохоровой:

« Рассказывали, вдова Локшина повстречала в Италии кого-то из

его бывших жертв и просила отпустить грехи ее покойному

супругу».

Это – полная чушь очевидного ГБшного происхождения. Как,

впрочем, и все остальное, написанное – с чужих слов! – Лабасом о

моем отце и принятое доверчивым зоопсихологом за чистую

монету (публикатор – д.б.н. М.Д. Голубовский). Но здесь можно

сразу поймать публикатора за руку. Фамилию «бывшей жертвы»

на бочку, господин Голубовский!

Москва, 2011

[1[ Lokshin, Alexander to Marks, Edward; 5 April 2010

Dear Mr Marks,

the fact is that when living outside Russia you really cannot appreciate these

things. But I want the only thing to be noted in your newspaper: the fact that

Mrs Elena Bonner stood for Lokshin (took the part of Lokshin) in this

conflict. You , probably, cannot appreciate her as an extremely clever person,

but other people will do that.

A.L.

Marks, Edward to Lokshin, Alexander; 5 April 2010

Dear Mr. Lokshin:

I have great respect for Mrs. Bonner but as I said earlier, there is nothing

further we can do.

Ed Marks

Culture Desk

[2] Артур Штильман. Судьба виртуоза. – Еврейская старина, № 7 (43),

2006.