Мы не говорили об этом, мама

Фарида, 37 лет, руководитель среднего звена во французской торговой компании, по образованию психолог, символ-драматист

Я хочу понять и принять опыт моих отношений с мамой, хочу вырастить экологичную фигуру внутренней мамы. Для этого мне самой нужно понять, что же именно происходит в моих взаимоотношениях с моей реальной мамой. Мы с ней часто, очень часто ругаемся. Я ловлю в себе нескрываемое раздражение на маму. Но между нами и много доверия, и искренности, и благодарности друг к другу. И я полагаю, что мы еще очень многое не можем обсудить, потому что страшно, стыдно или не принято.

Мне бы хотелось в своем эссе найти возможности и ресурсы для того, чтобы обсудить с мамой необсуждаемое. И чтобы я смогла увереннее выстроить отношения со своими детьми. И возможно, мой опыт и откровения станут для кого-то почвой и успокоением, основой душевного спокойствия. Может, у них появится желание сделать то же самое.

Завтра я должна закончить работу над своим эссе… Прошло больше месяца, и каждый день я себе говорила, что впереди еще много времени и я успею. И вот я встала в 7:30, чтобы написать эссе. Надеюсь, я потом не перечеркну все и не начну заново. Очень надеюсь.

Так о чем же я молчу со своей мамой? Видимо, о многом, раз так сложно мне дается это задание. Когда я размышляю на эту тему, в памяти всплывает много наших конфликтов, в которых раздражение и бессилие и с ее, и с моей стороны достигали апогея. Почему не сцены нежности и заботы? Я всегда внутри напрягаюсь, когда слышу песни или читаю книги о маме. Я начинаю себя ненавидеть и считать плохим человеком, потому что во мне нет этого трепета. Ох, страшно это писать!

Продолжим… Мы обе с ней хорошие. В обще- социальном плане. Мы помогаем друг другу. Мы стоим друг за друга, когда кто-то из родственников по отношению к кому-то из нас не прав. Мы даже чем-то жертвуем ради друг друга. Но мы отдалились друг от друга. И это случилось не сразу.

В моем детстве, лет до девяти, я помню, связь с мамой была очень сильной. Мама была для меня опорой, подругой и священником. Я не находила себе места, если сделала что-то нехорошее, на мой взгляд. Меня мучила совесть, и, как только я все рассказывала маме, моя совесть успокаивалась. Но сейчас моя мама меня раздражает! Ужасно звучит! И конечно, я точно об этом молчу. Но реакции свои редко контролирую, и мама все понимает. К сожалению. Почему так?

Я ищу причины своего раздражения. Но вижу только объективные, рациональные причины. Сделала что-то, сказала что-то, не то говорит моим детям и мужу. Делала что-то мне в детстве, как-то реагировала на моих друзей, мои мечты и страхи в детстве. Но если погружаюсь еще глубже, то вижу причину раздражения в том, что я не хочу быть такой, как моя мама. Мне кажется… «Кажется» – неверное слово. Лучше так: я всегда чувствовала, что моя мама слабая.

Ох, сколько претензий к маме! Неловкое эссе получается. Подождите, придет и мой черед. Моя искренность может в ком-то отозваться.

Слабость мамы… В чем она выражалась для меня? Я чувствовала, что моя мама живет с человеком (моим папой) и не любит его. Я слышала много раз историю их брака и понимала, что это был брак явно не по любви, это был брак последнего шанса. Так я чувствовала, и в моей голове складывалась установка: если не получится по любви, то выходи замуж просто за любого хорошего человека.

Я видела слезы моей мамы на каждом моем приеме у врача. Я была очень болезненным ребенком, но плакать бесконечно, на каждом приеме, даже при незначительном недомогании? Чем старше я становилась, тем сильнее мне хотелось накричать на врачей, которые слишком грубо разговаривали с ней плачущей. Но ее слезы делали меня тревожной, и раздражение росло.

Я видела и слышала пренебрежение или жесткие комментарии о том, как мама ведет хозяйство и воспитывает детей, от ее сестры и племянниц. И я ругалась с ними. Я отстаивала границы мамы, хотя мои границы не сформированы до сих пор. И это вызывало бурю раздражения.

Я плакала от бессилия, когда каждый раз, рассказав что-то маме, я вскоре, возвращаясь к этому разговору, понимала, что она меня не слушала.