Мысли и воспоминания. Том III

Я, конечно, сожалел бы, если бы Германская империя вновь отказалась от союза с Австрией, на создание которого я употребил столько усилий, и тем самым вновь должна была бы добиваться полной свободы для своих европейских отношений. Но если бы наша политическая любовь к Австрии осталась бы без взаимности с ее стороны только потому, что мы не приносим ей экономических жертв, то я все же предпочел бы политику свободных рук, так как убежден в том, что если бы Австрия понимала наш союз в упомянутом смысле и пожелала бы в этом направлении его использовать, то он не был бы длительным и в решительный момент не оказался бы прочным. Самые лучшие союзы перестают давать ожидаемый при их заключении результат, если настроения и убеждения, при которых они заключены, потеряли свою силу к моменту, когда появился casus foederis [основание для использования союзного договора о военной помощи]. И если уже в настоящее время среди австро-венгерских аграриев господствует настроение, что союз с нами не имеет ценности, раз он не дает им финансовых выгод, то я опасаюсь, как бы к моменту выполнения обязательств наш договор не оказался столь же мало действенным, как и договоры 1792 и 1795 гг. Этот союз будет еще менее действенным, если в Германской империи к этому времени утвердится убеждение, что успех нашего союзного договора покоится на торговом договоре, который равносилен уплате Германией дани за сохранение союза, более необходимого Австрии, чем нам, и на обязательстве, основанном на обещаниях, которые австрийские государственные деятели сумели вынудить у представителей германских интересов во время дружественных переговоров в Силезии и Вене ^{27 7}, пользуясь своим более зрелым опытом и искушенностью в подобного рода делах. Возможно, что Вена в надежде на богатые чаевые торгово-политического характера приняла германских гостей еще более гостеприимно, чем это было бы в ином случае. Но общественное мнение нации все же произведет проверку германского счета. Быть может, это произойдет спустя годы, в неудобный момент; и, с учетом нанесенного нам ущерба, резко проявится мнение, что мы пострадали от вмешательства Австрии в наше внутреннее законодательство²⁸.

Методы, при помощи которых Австрия в Ольмюце и на Дрезденской конференции⁸ воспользовалась по отношению к тогдашним прусским представителям превосходящим светским опвгтом князя Шварценберга, в значительной мере привели к ситуации, которая в конце концов исключила возможность искать решение в дружественном союзе.

Для того чтобы общественному мнению стали ясны ошибки, допущенные во внешней политике, как правило, требуется период, равный человеческой жизни; a Achivi qui plectuntur [греки, которые должны расплачиваться]²⁹, не всегда бывают непосредственными современниками ошибочных действий. Задача политики заключается в возможно более правильном предвидении того, как поступят другие люди при данных обстоятельствах. Прирожденная способность к такому предвидению редко встречается в таком объеме, чтобы обойтись для своего проявления без известной степени делового опыта и знания людей. Я не могу отрешиться от чувства тревоги, когда думаю, в какой степени эти качества утрачены нашими руководящими кругами. Во всяком случае в данный момент Вена богаче этими качествами, чем мы, и поэтому справедливо опасение, что при заключении договоров интересы Австрии отстаиваются с большим успехом, чем наши.

ПРИМЕЧАНИЯ

¹ В 1834 г. был образован германский Таможенный союз, руководящую роль в котором играла Пруссия. Весной 1852 г. Австрия пыталась добиться перезаключения союза на основе подчинения его австрийской гегемонии.

² Между государствами, входившими в Таможенный союз, таможенные доходы распределялись пропорционально количеству населения каждого из государств.

³ После неудачных попыток добиться полного таможенного объединения Австрия в феврале 1853 г. заключила с Пруссией торговый договор.

⁴Цислейтанией, т. е. страной, расположенной по левую сторону реки Лейты, называлась австрийская часть Австро-Венгерской монархии.

⁵ Herbstzeitlose — так назвал Бисмарк в своей речи в рейхстаге 6 июня 1882 г. сторонников австрийского министра и депутата Хербста «потому, что они никогда ничего не делали во-время» (игра слов: Herbst-zeitlose — название цветка).

⁶ 40 лет тому назад, т. е. в 1852 г., при отклонении Пруссией попытки Австрии войти в Таможенный союз.

⁷ Вильгельм II, после встречи с Францем-Иосифом в сентябре 1890 г. в Силезии, в октябре того же года посетил Вену.

⁸ В городе Ольмюце 29 ноября 1850 г. было заключено соглашение между Пруссией, Россией и Австрией. Под давлением России Пруссия должна была временно отказаться от стремления объединить Германию

под своим главенством; Пруссия соглашалась на восстановление Германского союза в том виде, в каком он существовал до революции 1848 г., т. е. при фактическом преобладании Австрии.