На гвардейской «Щ-309»

В 22 часа 6 минут 17 августа «Щ-309» в сопровождении трех базовых тральщиков и четырех сторожевых катеров «МО» вышла из Кронштадта на остров Лавенсари, где в 6 часов 18 минут 18 августа легла на грунт и только с наступлением темноты, чтобы не быть обнаруженной вражеской авиацией, подошла к пирсу в бухте Норе-Капельлахт. В следующую ночь в том же сопровождении «Щ-309» покинула Лавенсари и, придя в 0 часов 47 минут 20 августа в назначенную точку, погрузилась и начала самостоятельный переход на позицию.

Но и дальнейший путь был нелегок: оба берега Финского залива и его острова находились в руках противника, который мог просматривать весь район. Мелководность залива, насыщенность его минами крайне усложняли переходы подводных лодок. Враг создал в Финском заливе на пути движения советских подводных кораблей мощный противолодочный рубеж, состоявший из тысяч мин различного типа, выставленных на разных глубинах. Только в центральной части Финского залива, в районе мыса Юминда, было поставлено до 3 тысяч мин и минных защитников. Дуврский барраж, выставленный англичанами против немецких подводных лодок в первую мировую войну, не может идти ни в какое сравнение с той смертельной опасностью, которая подстерегала балтийских подводников в годы Великой Отечественной войны.

На одном из участков перехода в район боевых действий «Щ-309» легла на грунт. Воспользовавшись этим, мичман Блажугин собрал партийное собрание, на котором с докладом о задачах коммунистов в предстоящем боевом походе выступил командир лодки. С волнением выступали коммунисты. Они говорили о недостатках, обнаруженных в предыдущих походах, вносили предложения, реализация которых могла исключить повторение ошибок в данном походе. Коммунисты заверили командование лодки, что они приложат все силы и умение, чтобы с честью выполнить задачу, поставленную перед личным составом.

На пути следования в район боевых действий лодка не раз подвергалась артиллерийскому обстрелу, форсировала вражеские минные поля, уклонялась от встречи с самолетами и катерами-охотниками противника.

Переборки между отсеками задраены. В этом есть особый смысл: если в одном из отсеков окажется пробоина, забортная вода не поступит в другие, лодка получит возможность бороться за свою живучесть и возвратиться в базу. Время, в течение которого подводный корабль форсирует минное поле, тянется медленно… Тишину нарушает доклад из носового отсека:

— Центральный! Скрежет по правому борту!

Минреп! Немедленно раздается команда:

— Стоп правый мотор, право руля. Неприятный визгливый звук трения металла о металл ползет вдоль борта, затем прекращается. На этот раз лодка не зацепила минреп…

В море, на пути в район боевых действий, приходилось отрабатывать и отдельные элементы боевой подготовки, что нельзя было сделать на Неве. Прежде всего надо было провести дополнительные тренировки рулевых-горизонтальщиков. Их важную роль на лодке трудно переоценить. От искусства рулевых-горизонтальщиков зависит удержание подводной лодки на заданной глубине после выпуска торпед. Если рулевой-горизонтальщик неумелый, лодка, выпустив торпеды, может всплыть на поверхность на виду у противника и подвергнуться преследованию.

В 2 часа 40 минут 23 августа 1942 года лодка, форсировав Финский залив, вышла в Балтийское море, а в 12 часов 20 минут пришла на позицию.

Долго и терпеливо ожидал личный состав боевой удачи. Плавание в районе позиции, всплытие для зарядки аккумуляторной батареи и лежание на грунте. Последнее экипаж лодки переживал особенно. Дело в том, что плавание под водой сразу же после зарядки аккумуляторов нежелательно, так как температура электролита в этом случае может возрасти до опасных пределов. А при вынужденном лежании на грунте каждому казалось, что именно в это время где-то поблизости проходит вражеский корабль, который надо атаковать. В таких условиях особенно ценно умное слово политработника, парторга, комсорга. Сказанное своевременно, оно поддержит боевой задор подводника в однообразные, порой безрезультатные дни скитания в море. Незаменим в этом отношении был старший политрук Кацнельсон. Принципиальный коммунист, занимательный собеседник, он всегда был душой корабля. На лодке проводились беседы об обстановке на фронтах, под Ленинградом, о международном положении, читали художественные произведения, среди которых матросам особенно нравились «Мать» Горького, стихи Маяковского, Блока, Симонова и других поэтов. Систематически издавались боевые листки и задорная «Полундра», а также специальные бюллетени со сводками «Последних известий», принимаемых по радио. За время похода маленькая партийная организация лодки выросла. В партию вступили Зотов, Антонов, Назаров, Аршинов, Томасов и Князев.

В 10 часов 20 минут 25 августа 1942 года вахтенный командир старший лейтенант Беглов доложил об обнаружении впереди по курсу большого транспорта в охранении эскадренного миноносца и тральщика. Боевая тревога. Подводная лодка пошла в атаку. Личный состав молниеносно занял свои места на боевых постах.