На огневых рубежах. Артиллерия Красной армии в Курской битве

Напряженные бои за Поныри развернулись на рассвете 7 июля. Тогда германское командование решило продолжить наступление на ольховатском направлении, но вначале планировало овладеть ключевым узлом обороны советских войск, опиравшимся на поселок Поныри. Господствующие высоты, расположенные в районе Понырей, которые занимали советские войска, контролировали подходы к Ольховатке, позволяли вести прицельный огонь противотанкистам по районам сосредоточения и тылам германского 47-го танкового корпуса.

Вовремя раскрыв замысел противника, Военный совет 13-й армии усилил 307-ю стрелковую дивизию воинскими частями 5-й артиллерийской дивизией прорыва РГК (легкая, гаубичная, тяжелая гаубичная и минометная бригады, два тяжелых пушечных полка, имевшие 277 орудий и минометов). В целом в районе Понырей было сконцентрировано 15 артиллерийских и минометных полков, 13-я истребительно-противотанковая артиллерийская бригада (полковник Н.П. Сазонов, до 9 июля), а также 86-я тяжелая гаубичная артиллерийская бригада (подполковник Л.К. Головань, убит 9 июля, полковник Н.П. Сазонов). Кроме того, соединение генерал-майора М.А. Еншина поддерживали несколько артиллерийских, минометных и гвардейских минометных воинских частей и соединений 12-й артиллерийской дивизии прорыва РГК и 5-й гвардейской минометной дивизии (гвардии полковник Е.А. Фирсов). В результате плотность артиллерии здесь возросла до 84,3 орудия и миномета на 1 км фронта[163]. «Можно с уверенностью сказать, – отмечал бывший начальник оперативного отдела штаба Главного управления начальника артиллерии Красной армии маршал артиллерии К.П. Казаков, – что никогда до этого случая стрелковая дивизия не получала подобного усиления»[164]. Характерно, что все прибывшие на усиление стрелковой дивизии артиллерийские воинские части своевременно получили огневые задачи, а также установили взаимодействие со стрелковыми воинскими частями и подразделениями.

Пять раз в течение четырех часов атаковал противник оборону соединения, однако понес серьезные потери и успеха не добился. При этом вражеские танки и штурмовая артиллерия являлись основным средством прорыва. Танки применялись массированно на узких участках фронта группами до 50—100 шт., в отдельных случаях – до 200 шт. на участке 3–5 км. Как правило, танки действовали двумя эшелонами: в первом эшелоне – тяжелые танки (во многих случаях Т-VI – «Тигр») и штурмовые орудия, во втором эшелоне – тяжелые и средние танки с пехотой на броне и непосредственно следующей за танками[165]. Наиболее мощным и весьма действенным средством подавления являлись танки «тигр» и штурмовые орудия «фердинанд».

Удары противника в общем носили характер прогрызания обороны дивизии. Атаки, как правило, отличались большим упорством и ожесточенностью, но вместе с тем ограниченностью маневра, нацеливались преимущественно в лоб. Основные силы сосредотачивались на участках, где обозначался какой-либо тактический успех.

В 15.30 после сильной артиллерийской и авиационной подготовки враг силами не менее одной танковой и до двух пехотных дивизий в очередной раз нанес удар. Характерным в боевых действиях являлось то, что обороняющиеся стрелковые полки 307-й стрелковой дивизии, как и прежде, показали необычайную стойкость и в течение нескольких часов отражали яростные вражеские атаки. В критические моменты успешного развития вражеского наступления артиллерия Красной армии становилась ядром обороны. Воины-противотанкисты также проявляли массовый героизм при обороне своих позиций, блокируя прорывы танков противника. Примером высокого мужества и героизма может служить подвиг личного состава 16-й легкой артиллерийской бригады под командованием полковника А.В. Домрачева. Стоит выделить командира 4-й батареи 697-го легкого артиллерийского полка (подполковник К.М. Карелин) лейтенанта С.И. Подгайнова. Умело управляя огнем батареи со своего наблюдательного пункта, он подбил 6 танков, а в трудный момент, когда враг оказался совсем близко, вызвал артиллерийский огонь на себя, а затем с группой бойцов только после приказа об отходе прорвал кольцо окружения, лично уничтожил «17 автоматчиков и 1 офицера» противника[166].

В 19.00 враг бросил в бой еще два полка пехоты и до 60 боевых машин. Стрелковые полки дивизии после почти 14-часового боя, к сожалению, не выдержали мощного удара и под давлением превосходящих сил противника отошли на южную окраину станции, где закрепились, а затем остановили продвижение вражеских войск[167]. Противнику удалось продвинуться всего лишь на 2–3 км. «Левому флангу 47-го танкового корпуса, действовавшего на направлении главного удара, продвинуться дальше не удалось, хотя к этому времени прибыла 18-я танковая дивизия генерал-майора фон Шляйбена…» – сетовал бывший офицер группы армий «Центр» В. Хаупт[168].