На огневых рубежах. Артиллерия Красной армии в Курской битве

Итак, предполагалось, что оперативная группировка артиллерии Воронежского и Степного фронтов обеспечивала мощную огневую поддержку наступавшим войскам. Следовательно, эту возможность надо было использовать при создании тактических группировок артиллерии, непосредственно взаимодействующих с войсками. Здесь, так же как и на фронтах орловского направления, важным залогом успеха явилось ярко выраженное стремление сосредоточить на участках прорыва максимальное количество артиллерии. При этом командование армий Воронежского и Степного фронтов на период артиллерийской подготовки и поддержки атаки привлекало на главные направления помимо абсолютного большинства артиллерии РГК артиллерийские полки стрелковых дивизий вторых эшелонов. Более того, на Воронежском фронте командующие артиллерией 6-й и 5-й гвардейских армий гвардии генерал-майоры артиллерии Д.И. Турбин и Г.В. Полуэктов пошли еще дальше: они использовали для артиллерийской подготовки и поддержки атаки соединения первого эшелона и 82- и 120-мм минометы стрелковых дивизий вторых эшелонов. Это дало возможность создать на участках прорыва высокую тактическую плотность артиллерии. Кроме того, она достигалась путем нарезки более узких полос наступления советским войскам, действовавшим на главных направлениях.

Характерно, что в армиях Воронежского фронта за счет рационального оперативного построения войск для наступления и сосредоточения к участкам прорыва абсолютного большинства всей артиллерии армий тактическая плотность артиллерии на главных направлениях значительно превосходила среднюю армейскую оперативную плотность. Однако в то же время в 53-й армии Степного фронта тактическая плотность артиллерии была значительно ниже оперативной. Опыт наступательных боев показал, что оперативное построение этой армии было таковым, что во втором эшелоне оказалось стрелковых дивизий больше, чем в первом эшелоне. Здесь на дивизию первого эшелона приходился участок прорыва в 2,8 км[227]. Так как от дивизий второго эшелона в этой армии привлекались к артиллерийской подготовке и поддержке атаки только артиллерийские полки, законсервированными на это время оказались более 40 % орудий и минометов (в то время как в 6-й – 15 %, в 5-й гвардейских армиях – 21 %)[228]. К сожалению, так было растеряно преимущество в артиллерии, которое 53-я армия получила при создании оперативной группировки. Вероятно, такое положение произошло в основном потому, что командующий артиллерией 53-й армии полковник Ф.Я. Винарский не сумел оказать влияние, прежде всего, с артиллерийской точки зрения, на решение командующего армией по оперативному построению войск. Кроме того, Винарский не использовал всех возможностей по сосредоточению артиллерии вторых эшелонов для участия в артиллерийской подготовке и поддержки атаки войск первого эшелона.

В ходе наступления дальнейший опыт получил опыт управления артиллерией. На Воронежском и Степном фронтах объединение управления артиллерийскими соединениями и воинскими частями в артиллерийские группы имело свои организационные особенности. Например, ввиду того что управление 7-го артиллерийского корпуса прорыва РГК (генерал-лейтенант артиллерии П.М. Корольков) прибыло на Воронежский фронт поздно, а его дивизии оказались в разных армиях, здесь не стоял вопрос о централизованном использовании этого крупного артиллерийского соединения.

В ряде случаев артиллерийские дивизии в разных армиях использовались по-разному. Так, в 5-й гвардейской армии 13-я артиллерийская дивизия прорыва РГК (полковник Д.М. Краснокутский) была целиком использована в армейской артиллерийской группе прорыва. В 53-й армии 16-я артиллерийская дивизия прорыва РГК (генерал-майор артиллерии Н.С. Петров) была распределена между тремя армейскими артиллерийскими группами – группой прорыва (52-я гаубичная артиллерийская бригада, 14-я минометная бригада, один легкий артиллерийский полк 49-й легкой артиллерийской бригады и дивизион 109-й гаубичной артиллерийской бригады большой мощности), группой артиллерии разрушения (три дивизиона 109-й гаубичной артиллерии бригады большой мощности) и группой дальнего действия (61-я пушечная артиллерийская бригада и два легких артиллерийских полка 49-й легкой артиллерийской бригады). Как видно, создание разных групп из соединений одной артиллерийской дивизии было чисто формальным актом, так как решение разных задач, свойственных тем или иным соединениям, можно было выполнять и при включении всей дивизии в одну армейскую группу. Здесь важно лишь указать на интересный опыт включения в группу дальнего действия 76-мм пушек легкой артиллерийской бригады.

В 5-й гвардейской и 53-й армиях были созданы и армейские группы ГМЧ. Правда, в последней эта группа состояла всего из одного полка.