На службе народу [с иллюстрациями]

Не забыли и руководящий состав тылов. Для него провели игры и полевые поездки на тему «Материальное обеспечение и работа тыла в наступательной операции с последующим преследованием противника». Исходный рубеж для атаки был оборудован на всем протяжении не далее чем в 300 метрах от переднего края вражеской обороны, а кое-где в 100 метрах, причем для каждого батальона сделали по три-четыре снежные траншеи в сторону противника. В минных полях проделали 150 проходов шириной от 12 до 30 метров, сняв 7 тысяч мин различного устройства. На правом фланге 59-й армии оборудовали ложный район сосредоточения войск. Напротив, левый фланг выполнял все мероприятия в условиях строжайшей секретности и пунктуальнейшей маскировки еще с сентября 1943 года, когда началась под видом учений перегруппировка войск.

Особенно скрытно готовилось форсирование озера Ильмень. Соответствующие соединения (225-я и 372-я стрелковые дивизии и 58-я стрелковая бригада) тренировались на большом удалении от озера, а к его берегу прибыли лишь за сутки до исходного часа. Крупную оперативно-маскировочную операцию мы осуществили в районе между Мгою и Чудовом. чтобы создать у немцев впечатление о готовящемся там серьезном наступлении. Вскоре разведка донесла, что фашисты перебрасывают туда основные резервы. Что это так и было, подтвердили впоследствии пленные.

Наконец, командиры всех степеней, от ротных и выше, провели рекогносцировку местности, уточнили свои задачи и цели и согласовали вопросы взаимодействия родов войск. Были намечены конкретные задачи подразделений и частей, боевые порядки, рубежи атаки, работа групп разграждения, распределение артиллерии, курсы, время и порядок движения танков, сигналы взаимодействия. Отработаны плановые таблицы боя и схемы ориентиров. Установлено несколько общих световых сигналов и запрещено менять их или дополнять.

Оперативное построение фронта на направлении главного удара состояло из 59-й армии и резерва. В армию входили 6, 14, 112-й стрелковые корпуса и средства усиления, в резерв — 7-й стрелковый корпус в составе двух стрелковых дивизий и танковой бригады. Оперативное построение 59-й армии на направлении главного удара мы определили в два эшелона: 6-й и 14-й стрелковые корпуса, 14-я отдельная стрелковая бригада и 150-й укрепленный район, далее 112-й стрелковый корпус. На главном направлении 378-я дивизия прорывала оборону на фронте всего в три с половиной километра. Впрочем, во всей 59-й армии оперативная плотность не превышала четырех километров на одну дивизию.

Много внимания пришлось уделить вспомогательному направлению, в обход Новгорода с юга. Сюда перебросили аэросанные батальоны, лыжников и особые средства усиления, легкие самоходки, артустановки и бронемашины. Но меня беспокоило, что на всем пространстве Ильменя толщина льда не превышала 30 сантиметров. Выдержит ли он людей и технику? Если все пройдет благополучно и жизнь подтвердит прогнозы, наши южная и северная группировки соединятся западнее Новгорода и возьмут его в кольцо. Сняв часть артиллерии с второстепенных участков, я приказал все, что можно, сосредоточить на участке прорыва. Таким путем мы добились здесь превосходства в артиллерии над противником в пять-шесть раз. Если у него на один километр фронта приходилось 18 орудий и минометов, то у нас — 100; соотношение в танках — 1:4 в нашу пользу. Наконец, господство в воздухе принадлежало тоже советской авиации.

Выше я не говорил подробно о том, как готовится фронтом наступательная операция. Вот почему и решил уделить этому несколько страниц. Пусть читатель окунется в атмосферу того, чем мы тогда жили и что занимало ежечасно наши мысли и чувства. Конечно, описанная картина далеко не полна. Скорее это лишь отдельные штрихи. Но, как мне кажется, и в этих штрихах читатель увидит, что все наши помыслы и стремления в то время, все наши действия в масштабе части, соединения, армии, фронта были направлены на то, чтобы сильнее громить врага, чтобы меньше было у нас потерь, чтобы побеждали советские воины — верные сыны самого передового в мире социалистического государства. Сколько бы ни вспоминал я о фронтовых буднях, о чем бы я ни думал, всегда передо мною встает прежде всего фигура нашего воина, советского солдата. Наши победы — это его победы. Торжество нашего дела — это результат его мужества, отваги и героизма.