Читаем На службе россии полностью

("За Родину", 15 января 1940 года.)



Два заявления Исполнительного Бюро НТСНП:

"Нас запрашивают часто со стороны о нашем отношении к событиям в Финляндии и Прибалтике. На этот вопрос членам Союза надлежит давать следующее разъяснение:

- Позиция нашего Союза к народам, связанным теми или иными отношениями с Россией, выражается признанием их достоинства и самобытности.

- Общие интересы и реальные связи только одни могут послужить к установлению сотрудничества или сожительства в той или иной форме.

- Использование этих событий в целях оказания помощи освободительной борьбе нашего народа - наша очередная задача".

("За Родину", 1 января 1940 года.)

"Все мы, естественно, ожидаем увеличения наших возможностей борьбы за Россию в связи с советско-финской войной. Она уже вызвала и еще вызовет массовые и глубинные сдвиги во всей подсоветской жизни.

Кроме того, сам театр военных действий мог бы стать плацдармом для усиления и расширения нашей работы. Все необходимые для этого шаги нами сделаны и делаются...

Советско-финскую войну возможно будет использовать только тогда, когда мы добьемся и получим там право вести в широком масштабе нашу российскую национальную борьбу".

("За Родину", 15 января 1939 года.)



Из обращения НТС к молодежи Зарубежья:

"Годами наша родина была отгорожена глухой стеной от всего мира. Годами не проникала туда свободная русская мысль. Годы казенной пропаганды, советского зажима застыли над серой, будничной советской сутолокой.

Сейчас сдвинулось все! Сдвинулась Россия!

Слушай, молодежь Зарубежья!

Последние сроки пришли для нас. Первые сроки большой борьбы. Кто еще не понял, что, быть может, завтра, быть может, сегодня - бой?..

Организация и мобилизация годных - наш лозунг дня. Бешеной гонкой должна идти подготовка людей.

Кто отстал - подтянись! Завтра - поздно!"

("За Родину", 15 декабря 1939 года.)


Часть вторая

                                                                                                 ВОЙНА

                                                                                             (1941-1945)


Глава 5

                                                                                           НТС И ВОЙНА


Никогда еще наши войска не шли в бой в таких условиях. Никогда еще, со времен военного коммунизма, советская власть не была загнана в такой тупик. Судьбоносное время первой половины 1941 года. Сталин и его окружение в полной изоляции как внутри страны, так и во внешнем мире. Судьба советской власти в руках Гитлера.

Так началась война

Еще за год до войны руководство НТС знало, что в правящих кругах "3-го Райха" окончательно выработана и утверждена политическая концепция по отношению к России. (Копия соответствующего документа была получена от сотрудницы одного из немецких министерств, немки русского происхождения, сочувствовавшей НТС.) Захват европейских русских земель, физическое уничтожение непокорных, превращение всех остальных ("унтерменшей") в покорных рабов, доставляющих немецкому хозяину обильную жатву. В таких условиях какой-либо сговор с Берлином был невозможен... В июле 1938 года руководство НТС сообщило кадрам: "Ввиду выяснившейся невозможности самостоятельной и независимой работы нашего Союза в пределах Германии, Исполнительное бюро постановило, не дожидаясь официального закрытия группы НТСНП в Германии, приостановить работу этого отдела, вплоть до наступления более благоприятных условий". Впоследствии, при допросах в Гестапо, руководителям НТС припомнят этот текст. Но нелегально работа Союза на немецкой территории продолжалась и даже усиливалась. Это было необходимо в условиях надвигавшейся войны.

Однако как значительной части российского Зарубежья, так и внутри России, будущее представляется по-иному. Известно, что между Москвой и западными демократиями со времени пакта Риббентропа-Молотова, со времени раздела Польши, а затем и нападения на Финляндию, пролегла глубокая трещина. В те дни, когда отношения между Москвой и Берлином достигают опасной степени напряжения, дипломатической помощи Сталину ждать неоткуда. В этих условиях Гитлер может покончить быстро и раз навсегда с советской властью. Может сделать ставку на русский народ, только что переживший ежовщину. Ставку против Сталина. Многим, в первые недели войны, кажется, что он так и поступит.

Рождается опасный миф: Гитлер начал войну во имя освобождения России. Об этом твердят немецкие радиопередачи и газеты, а также миллионы сброшенных над русской землей листовок. Этому верят миллионы русских людей: эмигранты, население занятых областей и советского тыла, миллионы наших бойцов, не желающих сражаться. Идут к немцам, чтобы не защищать Сталина и его власть... 16 июля 1941 года Сталин признает в своем тайном приказе ном. 0019: "На всех фронтах имеются многочисленные элементы, которые даже бегут навстречу противнику и при первом соприкосновении с ним бросают оружие... в то время как число стойких комиссаров и командиров не слишком велико" (Александр Далин. "Германское правление в России 1941-1945). {A. Dallin. "Deutsche Herrschaft in Russland 1941-1945". Droste-Verlag. Dusseldorf, 1958}

Наши солдаты не знают, что их ожидают лагеря смерти, лагеря сознательного истребления {См. 1-е приложение к этой главе}.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика