На службе России

Правда заключается в том, что мне в 1942 году довелось участвовать в создании абсолютно независимой и никем не контролируемой русской организации на территории между Гатчиной и Псковом. Те несколько человек, решившиеся на основе идейной близости создать тайную и подпольную организацию для борьбы за Россию, открылись друг другу и тем самым положили начало своему братству... В каком бы положении, часто очень разном (начиная от службы у немцев и кончая партизанским положением) ни находились наши члены, они действовали лишь в наших собственных целях... Глубоко веря, что оставшиеся в живых мои друзья, так же, как я, продолжают считать себя членами НТС и делают то, что могут, для борьбы за Россию, я не считал возможным писать о них... Возникло наше братство вопреки легенде о всеобщем доносительстве, вопреки обстановке, в которой НКВД и Гестапо были почти всесильны. Идеи и идеалы НТС были созвучны этому самовозникшему братству".

Глава 6

                                                                             РЕШАЮЩИЕ ВОЕННЫЕ ГОДЫ

Второй, решающий этап войны. Начинается в 1942 году. Психологический разрыв между немцами и русским населением… Оккупация все более жестокая: облавы, взятие заложников, насильственный набор для работы в Германии. Вследствие этого – усиление партизанщины. Миф о германской непобедимости рассеивается. Повторные отчаянные попытки ряда немецких военачальников изменить положение в “освобожденных”областях натыкаются по-прежнему на резкий отказ Гитлера. {“Еще радикальнее был шаг, предпринятый главнокомандующими тылами армии. Зная, что помехой на дороге к Гитлеру является Кейтель, они попросили приема у министра занятых областей Альфреда Розенберга, который и состоялся в Берлине 18 декабря 1942 года.

Первым выступил главнокомандующий Среднего тыла армии генерал граф Шенкендорф с беспощадной критикой условий, созданных грубейшей политикой рейхскомиссаров… Выступавшие генералы указывали также на все растущую опасность со стороны партизан, возникшую как следствие этих мероприятий, и на ненормальное положение, в котором очутились местные части добровольцев”. (Свен Стеенберг. “Власов”, с. 76.) Результатов - никаких.}

По ту сторону фронта наши бойцы дерутся теперь, как львы. Покрывают себя славой. А тем временем агенты рыщут в оккупированных областях, в лагерях военнопленных и восточных рабочих. Шепчут: все меняется, открывают церкви, готовят роспуск колхозов, ликвидируют лагеря… погоны, офицерские звания… Суворов, Кутузов… и т. д., и т. д.

В этой новой обстановке НТС продолжает свое дело.

Идейное вооружение

В создавшихся условиях идея “третьей силы” не теряет своего значения. Наоборот, принимает острую актуальность. Идею надо оформить, поставить на крепкий фундамент.

С конца 1941 года в группах Союза в России, в отдельных лагерях военнопленных и восточных рабочих составляются письменные пожелания касательно будущей Программы НТС. Пожелания эти сводятся воедино. Рождается проект Программы. Проект этот “вентилируют” еще в комиссиях НТС, в Вустрау, в военных и академических кругах. Кропотливое, трудновыполнимое дело. О нем один из руководителей НТС свидетельствует:

“Как уже отмечалось, к началу германо-советской войны и встречи с народной массой у НТС не было разработанной программы. И это оказалось не случайным: организация сознательно отодвигала дело до встречи с людьми из России… Эмигрантская молодежь в НТС заготовила лишь так называемые “зеленые романы” – сборники лекций, составлявших “Курс национально-политической подготовки”.

“Зеленые романы сыграли свою роль, но общая структура “предпрограммного проекта”, на который предполагалось (а потом предлагалось) нанизывать сырой проектный материал, была разработана уже в берлинском Идеологическом семинаре под руководством члена Исполнительного бюро К. Д. Вергуна ко второй половине 1942 года, т. е. по истечении года войны… и на центральном семинаре и в рабочих группах на местах заняты были совместно как эмигранты, так и советские… Рабочие, или “творческие”, группы были разбросаны по Германии, Западной Европе (например, Париж), Польше (например, Кельце) и по оккупированным областям нашей страны (Псков, Прибалтика, Белоруссия, Украина), включая людей из других районов – в частности. Из казачьих областей Северного Кавказа…