На степной границе. Оборона «крымской украины» Русского государства в первой половине XVI столетия

В 50-х годах XVI столетия окончательно оформляется передовая оборонительная линия, надежно защищавшая от крымских набегов Северщину, уезды за Окой и Рязанскую землю. Ежегодно «с благовещенья» (с 25 марта) «воеводы от поля на первый срок» ставились во многих городах вдоль южного рубежа. В 1553 г. «с благовещеньева дня» русские воеводы с полками находились в Рыльске, Путивле, Новгороде-Северском, Чернигове, Трубчевске; со второй половины августа воеводы «по украинным городам крымских для людей приходу» были в Одоеве, Пронске, Михайлове, Туле, Рязани, Шацке. В 1554 г. воевод «по украинным городам на первый срок» расписали по следующим городам: Пронск, Михайлов, Тула, Дедилов, Мценск, Карачев, Путивль, Шацк. В 1555 г. с весны воеводы снова стояли в Пронске, Михайлове, Дедилове, Мценске, Карачеве, Шацке. Так же располагались весной полки и в 1556 г. В 1557 г. «воеводы, но украинным городам на первый срок» были поставлены еще в большем количестве заокских крепостей: в Пронске, Михайлове, Дедилове, Мценске, «на Нугри», в Карачеве, Рыльске, Путивле, Новгороде-Северском, Стародубе, Почепе. Но самая передовая линия обороны проходила даже не через эти, далеко выдвинутые на юг «украинные города». С марта «из украинных городов стояли воеводы на поле»: Иван Петрович Яковлев и князь Петр Иванович Горенский — «усть Ливен», Иван и Федор Шереметевы — «усть Ельца на поле», воеводы князь Михаил Репнин и князь Петр Татев — в Курске. Сентябрьская «роспись» того же года воеводам «украинных городов» рисует картину плотного прикрытия всей «крымской украины» от самого края Дикого поля. Русские воеводы стояли почти во всех городах за рекой Окой: в Дедилове, Пронске, Михайлове, Волхове, Мценске, Карачеве, Белеве, Рыльске, Путивле, Новгороде-Северском, Стародубе, Чернигове, Трубчевске, Почепе, Брянске, Рязани, Шацке, Темникове![274]

Оборонительная линия «украинных городов от поля» превратилась в это время в основную. Именно здесь задерживали крымских татар. До реки Оки они за десятилетие не доходили ни разу. «На берегу» Оки, на прежнем главном оборонительном рубеже, воеводы ставились только в наиболее опасное летнее время; туда же периодически выходил и сам царь Иван IV с «большими воеводами», если из Крыма получал «вести» о больших походах хана. Обычно «большие воеводы» стояли «на берегу» недолго. Так, по «росписи» 1554 г. в «украинных городах» за Окой воеводы стояли в 8 городах, а «на берегу» лишь в Коломне, Кашире и Калуге, причем значительная часть «береговых» полков тоже была выдвинута за реку — в Зарайск (4 полка) и в Тулу. С 15 августа, «после роспуску больших воевод», полки остались только в Коломне и в Туле. В 1555 г. «на берегу» воеводы по полкам располагались в Коломне (большой полк), в Зарайске (передовой полк), в Кашире (полк правой руки). Конечно, в моменты наибольшей опасности, когда выступал в поход сам хан, количество войск «по берегу» Оки значительно увеличивалось. В 1556 г. с мая воеводы стояли на Оке в Коломне и в Кашире, а в июне, когда «царь и великий князь для своего дела и для земского был в Серпухове», полки заняли весь «берег»: «стояли воеводы по разным местам, большой полк стоял на устье Поротвы, передовой полк и правая рука стояли в Тарусе, да в Тарусе же царевич Кайбула, а с царевичем Михайла Матвеев сын Лыков. Да с Городецкими князьями и с казаками, и с царевыми с Шигалеевыми людьми Дмитрий Григорьев сын Плещеев. Со служилыми татарами Игнатий Тимофеев сын Загрязского. На Сенкине стояли воеводы левой руки. На устье Лопасни стоял сторожевой полк». Однако так продолжалось недолго. Уже 26 нюня царь вернулся в Москву, а на реке Оке воеводы остались только в Серпухове. В 1557 г. воеводы «на берегу» стояли в 12 городах «от поля» и только в 5 городах «на берегу» (Коломна, Кашира, Таруса — всего 5 полков). А весной 1558 г. «роспись» Разрядной книги предусматривала выдвижение воевод «на берег» в Каширу, Тарусу, Калугу и Коломну вообще лишь в случае прямой опасности: воеводы с полками должны были двинуться в назначенные пункты после получения известий о крымском походе («царь и великий князь быть им велел по вестям»)[275].

Но дело здесь не только в цифрах. Коренным образом изменилась задача, поставленная правительством перед «береговыми воеводами». Они должны были теперь не оборонять «перелазы» через Оку, чтобы не допустить, как раньше, прорыва крымских татар в центральные уезды страны, а помогать воеводам «от поля» защищать от крымских набегов заокские земли, искать «прямого боя» с вторгнувшимися в пределы крымскими отрядами. Главные бон проходили теперь возле городов «от ноля»; «береговые воеводы» составляли своеобразный «резервный фронт», который направлял дополнительные силы на опасные участки. Система обороны «крымской украины», включавшая в 50-х годах сторожевые станицы, воевод «на поле», гарнизоны «украинных городов от поля» и полки «на берегу» реки Оки, была глубокой и прочной; на протяжении десятилетия крымские татары не могли пробиться через нее.