На тайной службе у Москвы. Как я переиграл ЦРУ

Так возник клуб «Мост». Там были спортивные залы, в том числе и для занятий дзюдо, фотолаборатории и лингвистические кабинеты, небольшие комнаты для бесед, где руководящие сотрудники Центра БНД могли без помех встречаться со своими «контрпартнерами» — офицерами связи из ЦРУ. Имелся кинозал с ежедневной новой программой. В 17 часов, то есть с окончанием рабочего дня, открывался бар, где угощали бесплатно, а кухня обеспечивала и другими благами. Вот таким образом американцы хотели возместить ущерб, нанесенный их возможностям контактов и встреч с немецкими коллегами после их вынужденного переезда в Мюнхен. Отсюда и название клуба — «Мост».

Но Гелен вскоре поставил крест на этом американском предприятии, по его распоряжению правом свободного посещения клуба мог пользоваться только ограниченный и заранее утвержденный круг руководящих работников при наличии служебной необходимости. Допускались туда сотрудники не ниже начальников рефератов и только те, кто по оперативным делам имел право принимать у себя на службе офицеров связи ЦРУ. Кажется, около 30 сотрудников входили в круг постоянных гостей «Моста» и правомочных обладателей ключа к автоматическим воротам. К этим стальным воротам можно было подъехать на машине и, не выходя из нее, открыть их упомянутым ключом. Ворота оставались открытыми 6–8 секунд, чего хватало для проезда машины, а затем автоматически закрывались. На автостоянке за домом гостя приветствовал привратник, который знал каждого в лицо и по псевдониму. Новому гостю полагалось появляться в сопровождении офицера ЦРУ, с которым он был связан, и тот представлял новичка привратнику. После этого новичок получал право на последующие визиты, в том числе и в бар с 17 часов, и без служебной необходимости.

Однако скоро тяга к бесплатному угощению в баре или к посещению кино поубавилась. Гелен распорядился, чтобы все личные и служебные контакты, включая посещения «Моста», записывались, а список ежемесячно докладывался ему лично. Но я продолжал договариваться о свиданиях с моими американскими партнерами, особенно в те дни, когда бифштекс с грибами по-американски, клубника с мороженым и кофе со сливками были предпочтительнее, чем то, что предлагало меню служебной столовой.

Посещение устраиваемых американцами праздничных вечеров, например на Новый год или масленицу, также по указанию Гелена разрешалось только избранному кругу лиц, однако с супругами. Становилось все яснее, что дело идет к сворачиванию интенсивных служебных и личных встреч между офицерами ЦРУ и сотрудниками Центра на всех уровнях. Но после того как клуб перестал быть таким открытым, что мог служить «мостом» для всех сотрудников БНД, офицеры ЦРУ стали приглашать их в гости на дом, где царила такая же непринужденная атмосфера, как и в прежние времена, когда подобные мероприятия происходили в «компаунде», то есть в американском Центре. Американцы по-прежнему узнавали все, что хотели знать.

Для сотрудников БНД существовало, конечно, много других запретов во всех сферах жизни, их не перечислишь, да это и не нужно. В любом случае речь идет об ограничении свободы обмена мнениями в политическом плане. Все это было, несомненно, только внешним проявлением политики руководящей клики БНД со следующими целями:

1. Развивать шпионаж в главном направлении, против Востока, во всех областях, без всяких возражений и сомнений.

2. Укреплять и расширять самостоятельность западногерманского шпионажа даже против желания европейских партнеров, вплоть до шпионажа внутри собственного союза и против американцев.

3. Добиваться ведения шпионажа внутри страны против всех демократических, либеральных и социал-демократических сил ФРГ даже вопреки воле правительства и партий бундестага.

По сути дела, зависимость организации Гелена от американцев была в историческом плане лишь конкретным проявлением двуликой сущности, присущей всем формам отношений между институтами империализма, включая их договоренности о сотрудничестве: они стоят на одной общей антикоммунистической платформе, но одновременно, участвуя в борьбе интересов между национальными или интернациональными империалистическими группировками, стараются выбросить друг друга за борт. Они всегда действуют в соответствии с господствующим в капиталистическом обществе правом сильнейшего и вытекающей из этого моралью.

В этих условиях возникло партнерство между БНД и ЦРУ, которое вылилось не в официально провозглашенную дружбу, а во взаимное недоверие. Во всяком случае, целями и объектами шпионской деятельности БНД в США были и сейчас остаются ядерная политика, деловые связи США в Латинской Америке и Африке. В БНД внимательно следили за всеми дипломатическими и политическими контактами США с Востоком, особенно с Советским Союзом. Правоконсервативные силы всегда защищали и одновременно использовали в собственных интересах это противоречивое партнерство между БНД и ЦРУ.