Накануне 23 августа 1939 года

То же самое касается и поставок зерна. Уж так воют отмороженные демократы, что-де Сталин обкрадывал советских людей, поставляя проклятому Гитлеру зерно, что не приведи Господь! Ну, а что было в действительности? А в действительности было вот что. При сборе зерна в СССР в 1940 г. в объеме 95,6 млн тонн в том же году в Германию было поставлено чуть менее 1 млн тонн. То есть округленно 1 %. Но дело не только в цифрах. Суть дела в том, что в реальности поставлялись «кормовые хлеба», проще говоря, кормовое зерно, которое используется при кормлении скота! То есть ни одной крошки со стола граждан СССР не было взято! Всего же за период действия договора о ненападении и торгово-экономических соглашений с Третьим рейхом в период с 23 августа по 22 июня последнему было поставлено (экспортировано) чуть больше одного миллиона тонн кормового зерна. То есть около одного процента среднегодового объема производства зерна в СССР в период 1939–1940 годов. Учитывая КПД переработки кормового зерна в продукцию животноводства, а он колеблется в пределах от 10 % для КРС до 20–25 % для птицеводства, то много ли выгод получили тевтоны? Навоза и то больше получили, нежели съедобной продукции!

Вот так в реальности и обстояло дело с торговлей с Германией по всем направлениям. Надеюсь, теперь понятно, кто кому «ковал меч»? Тем не менее у известного телепублициста и плодовитого писателя на исторические темы Леонида Млечина можно встретить и такие выражения, как, например, следующее: «Когда немецкие танкисты и летчики летом 1941-го обрушились на Красную Армию, отступающие советские командиры не подозревали, что оружие, которым немцы воевали против России, создавали для немцев русские». Ну, и как вам это? А ведь и помимо него хрестоматийной стала такая фраза: «Все германские танки, бывшие на вооружении вермахта, прошли испытания в СССР»!

Поскольку Леонид Млечин и K° – уважаемые в «кругах демократической общественности» лица, то, естественно, мне придется найти в себе силы, чтобы преодолеть немедленно возникающие при ознакомлении с такими «сенсационными заявлениями» немалые трудности с подбором пригодных для печати выражений.

Ответили бы уважаемые в «кругах демократической общественности» лица, желательно вразумительно, какое-такое конкретно оружие по недомыслию русские состряпали для окаянных нацистских супостатов, что именно с ним они и поперли к нам в 1941 г. дабы разгромить большевиков? Неужели автомат «МП-40»? Или, быть может, грузовики «Опель-блитц», бронетранспортеры «Ганомаг»? А может быть, танки? Или пикировщики «Штука», истребители Мессершмидта, бомбардировщики «Юнкерс»? Или, быть может, – позволю себе совсем уж крамольную мысль – пистолеты «Парабеллум» и «Вальтер» или карабины «Маузер»?

Вот категорический вывод специализирующегося на исследовании проблем тайного военно-технического сотрудничества между РККА и рейхсвером, перелопатившего сотни и тысячи архивных документов по этому вопросу, А. Б. Широкорада: «Ни один из германских танков, состоявших на вооружении к 22 июня 1941 г., не проходил испытания в СССР в ходе доводки»![260] Вот так. Ни один! Более того. Все попытки находившегося некоторое время в СССР известного германского конструктора танков Гротте разработать новейшие танки с резко усиленными тактико-техническими данными – с мощной лобовой броней, мощными двигателями и мощным артиллерийским вооружением, – так и остались попытками, в лучшем случае на бумаге. Потому как даже при технической помощи немцев советская промышленность не могла их производить. Потому что просто не было таких возможностей, не говоря уже о невероятно огромной стоимости подобных танков. И советская сторона практически сразу отвергала его проекты.

Попутно заметим, что, по точным данным А. Б. Широкорада, ни один наш серийный танк не имел германского прототипа! Легкие плавающие танки Т-37 были созданы на базе английских танкеток «Карден-Ллойд», легкие танки Т-26 – на базе английского 6-тонного танка «Виккерс», а быстроходные танки БТ – на базе американского танка «Кристи».