Наш общий друг. Часть 3

Рогъ сидлъ и дремалъ, поминутно теряя равновсіе, и каждое его пробужденіе отъ сна сопровождалось сердитымъ удивленнымъ взглядомъ и ворчаньемъ, какъ будто, за неимніемъ кого-нибудь другого, онъ собирался накинуться на себя самого. Въ одно изъ такихъ пробужденій донесшійся съ рки призывъ: «Шлюзъ! Эй, шлюзъ!» не далъ ему снова впасть въ дремоту. Онъ встряхнулся, поднялся на ноги, ворча, какъ злая собака, и заключивъ свое ворчанье отвтнымъ крикомъ, повернулся лицомъ къ рк, чтобъ посмотрть, кто его окликалъ.

Это былъ гребецъ-любитель, управлявшійся съ веслами очень ловко, хоть и небрежно, и сидвшій въ такой легонькой лодочк, что Рогъ проворчалъ: «Ишь ты какая скорлупка!» и только тогда принялся вертть воротъ, чтобы пропустить гребца. Когда этотъ послдній всталъ во весь ростъ въ своей лодк, держась багромъ за деревянную обшивку шлюза, въ ожиданіи, когда откроются створы, Рогъ Райдергудъ узналъ въ немъ «другого почтеннйшаго», то есть мистера Юджина Рейборна. Но тотъ — по невниманію ли, или потому, что онъ былъ чмъ-нибудь озабоченъ, — совершенно не узналъ его.

Тяжелые створы, скрипя, стали медленно отворяться. Маленькая лодочка прошла между ними, и они снова затворились за ней. Она тихонько подвигалась къ нижней части шлюза, выжидая, чтобъ отворились вторые створы и пропустили ее. Райдергудъ перебжалъ ко второму вороту и принялся его вертть. Въ ту минуту, когда онъ налегъ грудью на рычагъ, чтобы заставить створы скоре отвориться, онъ замтилъ подъ живой изгородью, у бечевника за шлюзомъ, какого то лодочника, который спалъ тамъ или отдыхалъ.

Вода въ шлюз подымалась все выше и выше, разбрасывая прибитый теченіемъ соръ, и подымала лодку, такъ что стоявшій въ ней гребецъ постепенно выросгалъ, точно призракъ: такъ по крайней мр должно было казаться съ того мста подъ изгородью, гд лежалъ лодочникъ. Райдергудъ замтилъ даже, что лодочникъ приподнялся на локт и смотрлъ на эту выроставшую, точно изъ-подъ земли, фигуру, не сводя съ нея глазъ.

Вторые створы заскрипли и начали отворятся. Нужно было заплатить пошлину. «Другой почтеннйшій» перебросилъ на берегъ завернутую въ бумажку монету и въ эту минуту узналъ своего стараго знакомца.

— А, вы ли это, честный мой другъ? — сказалъ Юджинъ, садясь и разбирая весла. — Вы, значитъ получили таки мсто?

— Да, получилъ таки, но не по вашей милости и не по милости законника Ляйтвуда, — сердито проворчалъ Райдергудъ.

— Мы приберегаемъ наши рекомендаціи для слдующаго кандидата, честный мой другъ, — для того, который явится къ намъ, когда васъ сошлютъ на каторгу или повсятъ, — сказалъ Юджинъ. — Не задерживайте его слишкомъ долго, будьте такъ добры.

И онъ принялся грести съ такимъ невозмутимымъ видомъ, что Райдергудъ только глаза выпучилъ и не нашелся что отвтить. Лодка давно миновала линію деревянныхъ свай плотины, напоминавшихъ остановившіеся въ вод гигантскіе волчки, и, подойдя подъ лвый берегъ рки, чтобъ не идти противъ теченія, почти скрылась изъ виду за нависшими втвями, а онъ все стоялъ и смотрлъ ей вслдъ съ недоумвающимъ лицомъ. А такъ какъ теперь былъ уже упущенъ моментъ, чтобы отвтить съ эффектомъ, то честный человкъ ограничился крпкимъ словцомъ и сердитымъ ворчаньемъ себ подъ носъ. Потомъ, заперевъ створы, онъ перешелъ по досчатому мостику шлюза на другую сторону рки.

Если при этомъ онъ еще разъ заглянулъ на лежавшаго подъ изгородью лодочника, то онъ сдлалъ это украдкой. Съ безпечнымъ видомъ растянулся онъ на трав подл шлюза, повернувшись спиной къ предмету своихъ наблюденій, потомъ сорвалъ травинку и принялся ее жевать. Удары веселъ Юджина Рейборна уже едва-едва доносились до его ушей, когда мимо него прошелъ таинственный лодочникъ, стараясь держаться какъ можно ближе къ изгороди и подальше отъ него. Райдергудъ быстро слъ, всмотрлся въ удалявшуюся фигуру внимательнымъ взглядомъ и вдругъ закричалъ:

— Эй, шлюзъ! Эгой! Плашватеръ Вейръ-Мильскій шлюзъ!

Лодочникъ остановился и оглянулся назадъ.

— Плашватеръ Вейръ-Мильскій шлюзъ, третій почте-еннйші-ій! — еще разъ прокричалъ мистеръ Райдергудъ, приложивъ ко рту об руки.

Лодочникъ повернулъ назадъ. Онъ подходилъ все ближе и ближе и, подходя, постепенно превращался въ Брадлея Гедстона въ грубой поношенной одежд лодочника.

— Помереть мн на этомъ мст, если вы это не меня представляете, третій почтеннйшій — захохоталъ все еще сидвшій на трав Райдергудъ, хлопнувъ себя но ляжк! — А я то и не воображалъ никогда, что я такой красавецъ!

И въ самомъ дл, Брадлей Гедстонъ, должно быть, хорошо замтилъ костюмъ честнаго человка въ тотъ вечеръ, когда они встртились въ первый разъ и потомъ пошли по улиц вдвоемъ. Онъ видимо постарался запомнить вс детали и заучилъ ихъ наизусть, ибо вс он были воспроизведены съ буквальной точностью въ томъ костюм, который былъ теперь на немъ. И какъ въ своемъ обыкновенномъ плать школьнаго учителя онъ всегда имлъ такой видъ, точно все на немъ было съ чужого плеча, такъ теперь, перерядившись въ чужое платье, онъ, казалось, принялъ свой настоящій, свой при. родный обликъ.