Нашу память не выжечь!

Дорогой Евгений! Здравствуй!

В первую очередь прошу извинения за долгое молчание. По приезде из Маутхаузена проработал три дня и заболел радикулитом, проболел около двух месяцев, из них месяц в больнице, а потом со дня на день собирался проявить пленки и отпечатать, выслать тебе. Но все времени нет, девяносто процентов суток поглощает работа, а после работы усталость – выходные дни, дача, вот уже два года никак не могу закончить. Но не буду греха таить, какая-то доля есть халатности.

В Австрию съездили, не знаю, как и назвать, оберлюкс – сверх лучшего. В Вену приехали 30 апреля, а 1 мая смотрели демонстрацию Венского рабочего класса, аналогичную нашей, но по масштабу – равна одному из районов наших городов.

2 и 3 мая участвовали в манифестации в Маутхаузене и в филиалах, Мельк и Эбензее, народу было очень много, оба дня много знакомых бывших узников со всех стран Европы, а потом совершили турне по всей Австрии. Программа, очень насыщенная до предела, устали неимоверно. Ежедневно до четырехсот километров проезжали в автобусе, все это вместе изматывает до предела.

Там я говорил, что больше не поеду. Тот раз мы восемь дней были в Вене, было не так интересно, но не утомительно. Много почти в каждом городе были на приемах – то в Обществе австро-советской дружбы, то в муниципалитете города, то бургомистр устраивал.

Я должен был поехать, а может, еще и поеду, если одесская холера не повлияет, на процесс в Вену. Поймали одного из СС фюреров, и я – главный свидетель обвинения. Наша прокуратура по запросу федерального прокурора Австрии с меня допрос сняла, и документы отправлены в конце июля, но не знаю, поеду или нет – виной тому наша холера.

Но жизнь дома без изменений, завод, работа, спать и по новой то же, здоровье не ахти, работа тяжелая, а до пенсии еще более двух лет. Далековато – пора уж на отдых.

Сердечный привет твоему домашнему очагу.

Пиши, буду рад. Обнимаю твой Юрий.

PS. Проявлю пленку, если что получилось, вышлю.

Апрель 1975 г. Письмо от Юрия Павловича Цуркана: