Наследница журавля

– На второй полке в кабинете короля между «Анналами империи» и «Хрониками Ли-чжу». Возвращайтесь быстрее! – воскликнула она вслед Ся Чжуну.

Затем она вытерла грязь со щек и пригладила волосы.

Она знала, что он не вернется. У него не было на это причин. Он считал, что она обречена на смерть. Но уже помог ей – дважды. Во-первых, тем, что принес ключ от всех дверей. Во-вторых, тем, что вот-вот заберет «Постулаты» в свой дом у Северного дворца. Кровь застучала у Хэсины в висках: ей не терпелось забрать то, что принадлежало ей по праву. Она попыталась успокоиться, вспомнив, что теперь дело за Жоу.

Какую карту он прятал в рукаве своего голубого ханьфу?

Или правильнее было спросить, кого? Потому что, когда ее брат вернулся после второго удара гонга, его сопровождали двое. С ним был его паж.

И супруга Фэй.

Хэсина была поражена, увидев мать Жоу, лицо которой, как всегда, было прикрыто вуалью. Но это было ничто по сравнению с тем, что случилось в следующую секунду: супруга Фэй сняла свой головной убор.

Жоу спросил, где лежит ключ. Хэсина ответила. Жоу сказал ей, что они с Акирой будут ждать ее в коридоре, уходящем влево от того ряда камер, где они находятся. Хэсина кивнула. Жоу выпустил ее и ушел вместе с пажом.

Хэсина вышла из камеры, не спуская глаз с супруги Фэй. Что она могла сказать любовнице отца? Что она могла сказать, наконец, увидев ее лицо?

– Вы… прекрасны.

Потому что это было правдой. Ее кожа была бела, словно нефрит. Глаза черны, как уголь. Ее волосы напоминали пролитые чернила. Ее губы, не накрашенные, а скорее сбрызнутые сливовым соком, слегка приоткрылись, когда она услышала слова Хэсины. Благородная супруга рассмеялась.

– Здравствуй, Хэсина.

Здравствуйте. Нужно было просто сказать «здравствуйте». Но она не смогла бы вымолвить это слово. Сколько раз Хэсина представляла, что у супруги Фэй не хватает глаза или что ее лицо изуродовано заячьей губой, ужасной родинкой или уродливым шрамом – и поэтому она надевает вуаль.

– Почему вы прячете лицо? – С такой внешностью супруга Фэй с легкостью могла бы заслужить всеобщее почтение, а не высмеивание.

– Потому что лицо – это личность. – Благородная супруга передала Хэсине свой головной убор и начала снимать рюцюнь. – А некоторые личности, как вам хорошо известно, лучше предать забвению.

– Но…

– Время летит, – проговорила супруга Фэй и сунула свой рюцюнь в руки королевы. Хэсина надела головной убор и поняла, что вуаль казалась непрозрачной только снаружи.

– Вот так. – Благородная супруга прикрепила к юбке Хэсины накидку биси, сделала шаг назад и отряхнула руки. – Теперь ты выглядишь в точности как я.

Только сейчас Хэсина поняла, что Жоу хотел, чтобы ее место заняла его мать.

– Вы будете в безопасности?

– Как зайчик на полянке.

Хэсина хотела заметить, что на зайцев часто ведется охота, а подземелья – это далеко не полянка, и из них так легко не убежишь, но супруга Фэй зашла в камеру, прежде чем она успела хоть что-то сказать.

– А теперь иди. – Она взялась за прутья и закрыла за собой дверь. – Жоу ждет тебя.

Сделав четыре шага к выходу, Хэсина замерла и обернулась.

– Какие отношения были у вас с отцом?

Хэсина понимала, что выбрала неудачное время для разговора. К тому же после последней беседы с матерью она заметила в себе привычку задавать вопросы, ответы на которые могли разрушить ей жизнь. Но она ничего не могла с собой поделать. Ей нужно было это узнать.

– Не такие, как ты думаешь, – ответила супруга Фэй, таинственно улыбаясь.

– Жоу действительно его сын?

– И да, и нет. Возвращайся, когда придет время, Хэсина. Тогда я расскажу тебе.

Придет ли оно хоть когда-нибудь для падшей королевы? Хэсина спрятала эту мысль подальше, чтобы побеспокоиться из-за нее когда-нибудь потом. Учитывая, сколько у нее было забот, это «когда-нибудь потом» вполне могло не настать.

– Спасибо…

– Нет. – Супруга Фэй погрозила ей пальцем. Этот жест напомнил Хэсине о Лилиан, и ее сердце пронзила боль. – Это тебе спасибо.

Когда Хэсина помогла Благородной супруге получить оправдательный приговор, она всего лишь восстановила справедливость. Это не стоило благодарности. Но если бы она заговорила о справедливости, ей бы пришлось вернуться к самому началу, к тем долгим летним ночам, когда она сидела в кустах перед Южным дворцом в компании мошкары и светлячков.

Почувствовав, как у нее загораются щеки, Хэсина поспешила прочь. Ей хотелось бы увидеться с супругой Фэй в Южном дворце, а не в подземельях, где в последнее время проходили все ее встречи и расставания.

А теперь еще и воссоединения.

Ее сердце замерло, когда она увидела Акиру, в одиночестве стоящего там, где сказал Жоу. На нем был костюм пажа, но пучок, в который были собраны его волосы, напоминал пучок лишь приблизительно.

Хэсина лишилась дара речи. В последний раз она видела Акиру в тронном зале. С тех пор прошло полмесяца. Сможет ли она найти правильные слова, чтобы вернуть его расположение?

Нужно было начать с извинения – одного из многих, которые она ему задолжала.