Наука сознания. Современная теория субъективного опыта

В мозге сотни, возможно, тысячи различных видов синапсов[247]. Например, щелевой контакт включает в себя прямую электрическую связь между нейронами. Она чрезвычайно быстра и надежна, а также необходима для нормальной работы некоторых областей мозга, которым требуется мгновенная и точная передача данных. Другой вид синапсов работает как брызгалка, посылающая веером облака химических веществ, которые воздействуют на весь ближайший участок мозга, а не на один конкретный соседний нейрон. В некоторых синапсах содержатся несколько различных химических медиаторов, и в разных обстоятельствах выделяются разные вещества. Ряд синапсов лучше приспособлен к быстрым изменениям (они участвуют в кратковременном обучении), другие же более устойчивы. Всё это разнообразие соединений между нейронами, все эти оттенки и нюансы, включая и те, которые, как можно предположить, еще не открыты, их скорости, мощности и адаптивность – весь этот набор нужно будет считать с человеческого мозга, чтобы создать его коннектом.

Даже если бы нам удалось сосканировать все эти данные от нейронов и синапсов, нам бы пришлось разбираться также и с глиальными клетками, которые часто упускают из виду[248]. Большинство нейробиологов фокусируется на изучении нейронов – отсюда и название профессии. Но в мозге полно и других клеток (их на порядок больше, чем нейронов[249]). Когда-то глиальные клетки считали просто вспомогательными (чем-то вроде скелета, который придает мозгу форму) или же служебными, которые обеспечивают нужды нейронов и убирают за ними. Но оказалось, что глия обладает свойствами, напрямую связанными с обработкой информации. Некоторые глиальные клетки выделяют химические вещества, воздействующие на нейроны и синапсы. А кое-какие даже испускают такие же электрохимические сигналы, какими сообщаются между собой нейроны. Глиальные клетки плохо изучены в том, что касается их функций, но они не так принципиально отличаются от нейронов, как казалось когда-то. Вот лучшее, что можно сказать сейчас, – наши знания механизмов обработки информации в мозге пестрят огромными белыми пятнами.

Я всего лишь хочу подчеркнуть, что не следует торопиться первыми попробовать новую технологию, как только она появится – ее потребуется еще оттачивать и оттачивать.

Предположим, в будущем изобретут технологию сканирования, при помощи которой окажется возможным видеть в мозге синапсы. Бета-версия, скорее всего, будет сканировать только нейроны, без глии. Вероятно, в силу необходимого упрощения, синапсы удастся отнести только к 100 категориям. Мощность синапсов будет обозначаться приблизительным числовым значением – скажем, одним из 100 возможных на шкале, без дополнительной нюансировки. Сканер, как представляется, не сможет улавливать действие гормонов, которые распространяются по мозгу. У него могут быть невероятные показатели успеха: он верно отметит 99,99 % ваших реальных синапсов, но упустит довольно много подробностей, которые важны для общей картины. В результате мы получим как бы эхо оригинала, но нам не удастся предугадать, насколько искореженным и жутким получится разум, который возникнет из этого набора данных, если на его основе построить искусственный мозг. Вдруг он будет больным, заторможенным, с искаженными эмоциями, неспособным сосредоточиться?

Нарушить нормальное функционирование мозга легко. Даже ничтожные количества некоторых веществ способны вызвать боль, спутанность сознания, галлюцинации и припадки. Сотрясение мозга, которое разрывает ткани и вызывает отек, может привести к месяцам, а то и годам, затуманенного мышления и эмоциональной неустойчивости. Даже крошечные несоответствия иной раз приводят к значительным последствиям. Необходимо, чтобы имитационная версия мозга работала в точности как оригинал, иначе ее опыт окажется поистине кошмарным. Я бы подождал до версии 1000, когда устранят все помехи. Первым подопытным кроликам придется несладко.

Если присмотреться к затруднениям, а именно: колоссальным объемам данных, которые нужно сканировать в мозге, необходимой степени детализации сканирования в доли микрометра, отсутствию на данный момент необходимых нейробиологических знаний, – подмывает попросту отказаться от этого замысла и смириться с тем, что мечта о переносе личности на искусственные носители несбыточна. Да, она несбыточна с сегодняшними технологиями. Даже со всей возможной отладкой сегодняшние технологии остаются на расстоянии световых лет от нее.