Не главный не герой

Похоже Пискл, хочет поговорить. Хорошего от него ждать не приходилось, как бы опять не стал агитировать «мотаться». Хотя Лохматый вроде велел на него ссылаться если будут проблемы. Типа забить стрелу и его подписать под нее, прям вот так не по-детски. С чего бы такие подарки с его стороны? С Серым хотел обсудить, да тот что-то мимо ушей все пропустил, герой-любовник, блин.

— Пошли-пошли — настаивал Пискл.

— Ладно, — не нашел я ничего подходящего что бы красиво отмазаться.

— LM — то ли спросил, то ли констатировал Пискл.

— Монтана, куда-то исчезла из продажи, — поделился я печальным для себя событием.

— Говорят запретили ее.

— За что?!

— Вредная.

— Да ну нафиг, а то остальные сильно полезные?!

— Смолы что ли много или угарного газа.

— Ага, а в приме, зато ничего такого нет.

— В приме натуральные дрова! — заржал Пискл.

— Угу — кивнул я.

— Слушай, у меня шайба есть, — понизив голос сообщил Пискл.

— Чего? — не понял я.

— Гашиша шайба, — прояснил тот.

— А-а, — проявил я понимание.

— Ну? Пыхнем?

— Да я как бы, не знаю. Лучше выпить, чем наркота, я же не наркоман.

— Да это гашиш же. Он вообще безвредный. Зависимости не вызывает.

— Ага, а чего тогда наркотой числиться?

— Да, наши все в наркоту записывают. Во многих странах курить можно. Гашиш вообще легкие чистит, для курильщиков полезен.

— Что-то я сомневаюсь.

— Что мама заругает?

— Причем тут мама?

— Ну папа поди?

— Да ну тебя.

— Гашиш клевая штука, расслабиться помогает.

— И что будет? Галлюцинации?

— Да не обязательно, просто хорошо будет, легко приятно. Уйдут проблемы и тревоги, кайф, понимаешь?

— М-м…

— Ну погнали?

— Куда?

— Да в соседний подъезд, нафиг тут палиться, на пожарке холодно. В соседнем третий этаж вообще мертвый.

— Ну да… — согласился я с тем что третий и впрямь в соседнем подъезде этаж с самыми не реагирующими на шум жильцами. — Может еще кого позовем?

— Кого? Не Артура же?

— Коляна?

Колю Пискля согласился взять, но тот, выходить из дома не хотел ни под какими предлогами. Он играл в какую-то цивилизацию и не желал ничего из реального мира. Остальных Пискля посчитал недостойными и слишком мелкими для такого серьезного дела. Можно подумать я не мелкий, вслух я, впрочем, этого не сказал.

— И как его курить? В сигарету пихать?

— Ха-ха, что дурак?

— Ну я же не знаю.

— Учись салага. Берешь фольгу, сворачиваешь, что бы была по тверже, — описывал свои действия Пискл, — кладешь значит кусок шайбы, греешь зажигалкой и потом через трубку вдыхаешь дым. Ну вдыхай давай фигли стоишь?

— Давай ты первый.

— Ой блин, с кем я связался, давай держи и грей, — сунул он мне прибамбасы. — Осторожнее не урони!

Подогревая снизу фольгу, мы добивались тления непонятной смеси и пытались вдохнуть дым трубкой. Пару раз конечно уронили. Эффект никак не наступал.

— Да держи ты нормально! — потребовал Пискл, когда я снова уронил конструкцию.

— Не могу она тяжелая!

— Кто тяжелый?

— Фольга.

— Ха-ха-ха! А, не могу! Фольга! Тяжелая!

Пискл постоянно сгибался от смеха, сдерживался как мог, чтобы вероятно не вызвать повышенное внимание жильцов, но все равно продолжал смеяться.

— Это не фольга, — понял я, — мои руки, они слишком тяжелые. Держи меня, мне кажется меня сейчас унесет, я слишком тяжелый! — обеспокоенно потребовал я от Пискла помощи.

— Что?! У тебя пара по физике! — не переставал смеяться Пискл, — от тяжести не улетают. Эти шарики! Они легкие поэтому летают.

— Какие шарики?

— Да тут всюду шарики, ты разве не видишь. Все состоит из шариков.

— Возможно, — не стал я спорить.

По лестнице проходили иногда какие-то люди, большинству не было дело до чего-либо еще.

— Что вы тут делаете? — спросила одна неравнодушная и отважная тетка.

— Сидим.

— Смеемся, тряпки жжем! — все так же смеялся Пискл.

— Какие тряпки?

— Это анекдот.

— Привет. — сказала мне моя новая соседка.

— Привет. — улыбнулся я, столько раз хотел сказать ей эти слова.

— Пойдем. — взяла она меня за руку.

Соседка. Она недавно переехала. Непонятно кто она ему. Ну, соседу страшному алканафту. Крокодилу Гене. Она красивая.

— Куда мы идем?

— Тс-с… — приложила она палец к своим нереально бледным губам.

— Эй! Ты куда?! — донесся откуда-то голос Пискла.

— Мне надо попасть в красную комнату! — крикнул я Писклу, «догадавшись» и стараясь не отстать от своей подруги.

Звезды очень красивые. Жаль, что мы редко поднимаем голову и любуемся ими. Я осознал себя стоящем на пожарном балконе девятого этажа. Девятый был легко отличим от прочих, только на девятом полностью отсутствовала кирпичная стена, от того балкон был просто плитой, лишенной каких-либо ограждений. Добровольно я бы сюда никогда не поднялся. Как я попал сюда? И что я тут делаю?

Снова звезды, да кажется я опять смотрю на звезды. Опустил голову и обнаружил себя лежащим на детской лесенке во дворе. Лестница была горизонтальной. Я же на пожарке был? Как сюда попал?

— Бум! — грохот и вибрация по земле.

— Это глюки? — спросил я себя.

— Бум! — повторился глухой удар.