Не хочу властелина. Верните мужа! (СИ)

Я осторожно присела на стул, ноги действительно не держали. Было такое чувство, что в любой момент появится злая работница музея и начнет кричать, чтобы не трогали экспонаты руками.

Устало стянула с шеи шарф. Принимая решение идти с Азаратом, я считала его правильным. Оставаться в неизвестности без него и ждать у моря погоды казалось смерти подобно. А вот сейчас я засомневалась. Падение с высоты на дракона, перемещение на гору, а потом в этот дворец не прошли бесследно для моей психики. Мелькнула мысль: «Боже, Катя, у тебя же ребенок! Ну куда тебя понесло?! Где твои мозги были?!»

Азарат чувствует себя в этом мире как рыба в воде. Обнимается с драконом, без труда перемещается порталами, командует слугами, а мы даже языка местного не понимаем!

— Подруга, а ты ничего не хочешь мне рассказать? — подошла ко мне Марина.

— Ты о чем?

— Что это за нежные поцелуйчики, целование пальчиков? Я не поняла, ты к мужу перенеслась или за новым побежала?

При такой постановке вопроса отвечать, что мы теперь с Азаратом вместе, язык не повернулся. Да и после нашего вчерашнего разговора создавалось впечатление, что я поспешила Азарата застолбить, пока Марина его к рукам не прибрала. А тем более я теперь не была уверена, что мы с ним сможем быть вместе. Социальное неравенство между нами так и било в глаза.

От ответа меня избавило появление служанок. Они сделали книксены, что-то прощебетав на непонятном языке. Распахнули двери и впустили лакеев, несущих один большой круглый стол, а второй маленький с детским стулом.

Разместили меньший столик ближе к камину, а большой напротив, у окна, пододвинув к нему два стула. Видимо, чтобы во время обеда заодно можно было любоваться видом. Потом зашли лакеи с подносами — посуда и еда.

— Охренеть, я себя королевской особой чувствую! — сообщила Марина.

Знаками нам дали понять, что мы можем приступать к трапезе. Василису сопроводили за детский стол, и с ней рядом осталась служанка, принявшаяся предлагать блюда.

— Что ж, посмотрим, чем нас потчуют здесь. — Марина подмигнула мне, довольно потирая руки. Она с удовольствием накинулась на еду, а у меня под взглядами слуг кусок в горло не лез. Они не сводили с нас глаз, ожидая момента, когда могут понадобиться.

— Ты так и не ответила на вопрос, — утолив первый голод, вернулась к прерванному разговору подруга, поигрывая рубиновым вином в бокале.

— Марина, давай не сейчас.

— А почему нет? Все равно нас никто здесь не понимает.

— Я не хочу это обсуждать.

— Ого! Значит, все же есть, что обсуждать, — сделала вывод она.

— Марина, давай оставим эту тему.

— Ну уж нет, подруга. Мы поговорим сейчас, — твердо произнесла она. — Настоящий властелин вот-вот придумает, как вытряхнуть из своего тела Влада, и я должна знать, можно мне начинать охоту на него или лучше отойти в сторону и не мешать тебе.

Я поняла, что дальше отмолчаться не получится, и нехотя произнесла:

— Азарат вчера сказал, что хочет быть Василисе отцом, а мне мужем. Настоящим мужем.

— Интересно, это ему тело Влада так мозги размягчило? — хмыкнула Марина.

— Считаешь это смешным? — вскинулась я.

— Нет, просто ты, может, и не вникала в игру, а вот я его персонаж хорошо изучила. Это же как его должно было торкнуть, чтобы на тихую семейную жизнь потянуло, — невесело скривила губы Марина. — И что ты ему ответила?

— Марин, какая разница?

— Большая! Я хочу знать, вместе вы теперь с ним или нет.

— Вместе.

— Ну и зараза же ты, Фетисова! — в сердцах и с чувством произнесла она.

— Но я уже не уверена в своем решении.

— А еще и дура! — резюмировала Марина.

— Почему? Считаешь, что мне здесь место? — Я обвела рукой все вокруг.

— Потому что думать надо было раньше, а сейчас у тебя обратного хода нет. Это другой мир, подруга! И он здесь властелин. Если только не начнешь петь ему о вновь вспыхнувшей любви к Владу. Может, тогда оскорбится, назовет дурой и вышвырнет нас всех обратно в наш мир.

В ее словах мне почудился намек на определенные действия, но все внутри воспротивилось этому.

— Я к Владу ни при каких обстоятельствах больше не вернусь! — твердо ответила ей.

— Даже не знаю, то ли радоваться мне за тебя, то ли злиться. Но малину ты мне знатно подпортила.

— Извини, я даже не думала о нем в этом плане…

— Вот в это верю! Соблазнительница из тебя — как из дерьма пуля, — припечатала Марина. — Видно, это он, как мужик, сделал свой выбор и взял тебя в оборот. Ничего не попишешь, лезть не стану, разбирайтесь теперь сами. Значит, буду просто наслаждаться роскошью и положением твоей подруги.

И она пошла в отрыв, когда после еды нам принесли мерить местные платья, шляпки, перчатки и нижнее белье.

— Фетисова, я в раю! — стонала Марина, пропуская между пальцами струящуюся ткань платья или прикладывая к себе пеньюар с пеной кружев.

Обо мне тоже не забывала.

— Уберите! Это не ее цвет, — махала она руками служанкам и выискивала в ворохе платьев стоящие. — Это берем не глядя…Это нужно мерить… А это вообще унесите прочь!