Не служил бы я на флоте...

шись, головой вниз полез по поручням трапа, подобно медведю

панда, сверкая голыми пятками. Проверяющие, как оказалось по-

том бывшие армейские политрабочие, чтобы не ударить лицом в

грязь, мол, мы все знаем и обычаи флотские – тоже (они по своей

тупости посчитали, что так и нужно спускаться вниз головой) стали

быстро снимать сапоги, и один из них уже нырнул вниз головой!

Послышался глухой удар внизу и – тишина. За первым успе-

ли грохнуться в Центральный пост еще двое проверяющих, пока

остальных, заподозрив неладное, успел остановить ЗКПЧ.

ЗАМПОЛИТ – МИНЕР

Подводная лодка возвращается на базу после торпедирова-

ния транспорта. Носовые торпедные аппараты пусты, в кормо-

вых – одна торпеда, но в последней атаке получили звездюлей от

кораблей охранения и что-то повредили в них. В общем, кормовые

аппараты неисправны и, починить их в походе не представляется

возможным.

Ночь. Луна. Ветер. На волнах барашки. Рай для подводной

лодки, можно идти, периодически поднимая перископ, без бояз-

ни быть обнаруженным. Так и идут, командир лениво осматривает

горизонт и вдруг, делает стойку. Транспорт противника! Крупный!

Без охранения! Мечта подводника. Командир, недолго думая,

дает команду «Боевая тревога! Торпедная атака!», и задает во-

прос «Комиссар! А как стрелять будем?». Замполита охватил азарт,

и выдал он следующее предложение: «Силами команды перета-

щить торпеду из кормового аппарата в носовой, товарищ коман-

дир!». Командир забился в истерике от смеха, невзирая ни на кого

и ни на что. Когда он немного остыл, ЗКПЧ спрашивает его: «Что,

товарищ командир, не дотащим торпеду из кормы в нос?».

В ответ командир задал один – единственный вопрос: «Дота-

щить вы ее может и дотащите. Но как вы ее развернете!?».

СЛУЖБА «С»

В подчинении помощника командира атомной подводной

лодки находится служба снабжения, по Корабельному уставу –

служба «С». Имея на меня зуб, заместитель командира по по-

184

литической части решил накопать

в ней дерьма побольше на наши с

интендантом головы. Как известно,

каждому матросу положено вафель-

ное хлопчатобумажное полотенце.

Чаще всего со склада выдают не

готовые штучные полотенца, а на-

резанные рулоны. И делают их пря-

мо в части – отрезается метр ткани, подрубается 1 см по краям, то

есть на концах полотенце загибается и подшивается. Вот однажды

и прибыло это политрабочее тело с проверкой в интендантскую

кандейку. Взял интенданта и вместе с ним в кубрик личного со-

става – шасть! Берет первое попавшееся полотенце, а оно стира-

ное – перестиранное и, ясное дело, весьма севшее, измеряет его

школьной линейкой. Конечно же, там не 100 см, следуют крики

и маты: «Матросов обворовываешь, полотенечный материал кра-

дешь! С помощником на пару дела проворачиваете!». Интендант

мой все-таки оказался на высоте: взял новенькое полотенце, по-

считал на нем клеточки, потом взял с пропавшими сантиметрами

и тоже клеточки сосчитал... Совпало!

Больше ЗКПЧ в нашу деятельность не вмешивался. Проучили

мы его еще раз. Вернулся мой интендант из очередного отпуска с

опозданием на месяц и просит как-то прикрыть. Через корешей –

докторов делаем ему в оправдание справку о том, что болен…

СПИДом. С командиром были в хороших отношениях, для виду по-

свистели на него, приказ о наказании сделали по принципу «Липа

должна быть липовой, а не дубовой» и на этом все закончилось.

Но возникла одна лишь замполитовская сволочь. Ну, а выше голо-

вы (нас с командиром) не прыгнешь!

Для более изощренного издевательства над ЗКПЧ на следую-

щий день я дал ему справку за подписью и печатью тех же доктор-

ов о том, что мой интендант вылечился от СПИДа!

УВОЛИЛСЯ…

Служил на подводной лодке капитан–лейтенант Виталик, у

которого по некоторым причинам не сложились отношения с на-

чальником политического отдела. В итоге НачПО добился увольне-

ния Виталия в запас. Перед увольнением необходимо заполнить

обходной лист – проставить кучу всяких отметок «сдал – принял»,

185

«состоял», «не привлекался» и т. д. Сменившись с патруля, каплей

Виталик обходной лист для удобства положил в кобуру. К НачПО за

подписью ему идти, естественно, не очень хотелось, но было надо.

Наступил финал этой истории. Открывается дверь кабине-

та НачПО, и оттуда появляется увольняемый по вине последне-

го, Виталий с мрачнейшей рожей. Произносится фраза: «Ну, ты

у меня последний остался, я уже со всеми рассчитался», и рука

тянется к кобуре, в которой лежал обходной лист. Опешивший

НачПО, не долго думая, выпрыгнул в окно с третьего этажа и сло-

мал себе ногу.

В итоге после возвращения из больницы пришлось увольнять-

ся и ему по состоянию здоровья…

СУМАСШЕДШИЙ ЗКПЧ

Служил в электромеханической боевой части «пятнадцатилет-

ний» капитан–лейтенант Володя. «Пятнадцатилетний» – не пото-

му что молодой, а потому что пятнадцать лет каплеем проходил,

и большая звездочка ему ну никак не светила. И он так тяготил-

ся службой на подводной лодке, что не мог больше ее видеть. А