Читаем Не смей меня касаться (СИ) полностью

Какая же я дурочка, Шувалов вовсе не с Михаилом Евгеньевичем пообщаться хотел, он направлялся в наш кабинет, лично к тебе, Таня Лазарева. А я зачем-то завернула поболтать с программистами.

- Н-незнаю, что у нас с ним, - максимально честно ответила я Ире.

- Обалденный мужик! - восхищенно произнесла коллега.

- Ага... - в моем голосе чувствовалось уныние. Ведь я расстроилась, мне так нестерпимо хотелось видеть Шувалова, смотреть в серые лучистые глаза, чувствуя небольшие удары эклектического тока, идущие по коже, прислушиваясь к вечным спорам феминистки, девочки-отличницы, с распутницей, живущей во мне и все чаще заявляющей о своих правах.

'Если бы Шувалов относился серьезно к вашим взаимоотношениям, он бы подождал тебя сейчас, - зудела отличница, - не так уж и долго ты болтала с программистами, а до этого момента каждодневно звонил. Подумаешь, заглянул по пути к Михаилу Евгеньевичу, а ты растаяла, и уже готова... на все готова'.

Мелодия звонка резанула по нервам. Еще до того, как взяла трубку, каким-то шестым чувством поняла, что звонит Алекс. И я продолжила стремительно таять. Дыхание от прошедшей по телу жаркой волны перехватило, сердце радостно подпрыгнуло в груди, щеки вдруг вспыхнули румянцем. Все симптомы прогрессирующего любовного идиотизма. Несколько раздосадованная на свою бурную реакцию, взяла трубку.

В моем коротеньком 'да' звучало раздражение.

- Таня...

- Слушаю.

- Чем недовольна, Татьяна Лазарева?

Тем, что байкер Сашка, называвший меня своей девочкой, исчез из моей жизни три дня назад, укатив в темноту ночи на своем дорогущем мотоцикле, тем, что бизнесмен Шувалов Александр Иванович слишком занят, а скорее не считает нужным звонить такой скромной персоне, как я. Но вслух, конечно, сказала совсем другое.

- Вам показалось.

- Мы снова на вы?

- Не знаю.

- Тань, прекращай дуться, ужасно соскучился по тебе. Я в командировке был, целыми днями мучился, страдая от невозможности видеть свою Андалузскую красавицу.

- Что же не позвонили, Александр Иванович, от желания голос потеряли?

- Таня Лазарева, ты - язва!

Невольно засмеялась.

- Сестра говорит, что я ужасная зануда.

- Она не права, с занудами не бывает так интересно.

О... вот и комплимента дождалась, точнее напросилась.

- Таня, пойдем, пообедаем вместе?

- Мой обед уже закончился.

- Я позвоню Мишке, он тебя отпустит.

- Нет, не надо никому звонить, иначе у меня начнется острый приступ аллергии на излишне самоуверенных мужчин.

Теперь засмеялся он.

- Тогда давай поужинаем вместе.

И мы ужинали вместе, потом обедали, ходили в театр, кино, на выставку какого-то художника, и почти каждый день мне приносили цветы, причем очень часто вместе с вазами... Офис, гостиная в нашей квартире стали похожи на цветочно-вазочные магазины. По вечерам, когда Алекс привозил меня домой, мы активно целовались, так, что горели губы и весь мир пускался вместе со мной в эротическую круговерть. Только вот противные отличница с феминисткой неизменно отталкивали Шувалова, не позволяя опытным знающим пальцам, постоянно норовившим залезть ко мне под одежду, а то и вовсе ее снять, действовать дальше. Странно, Алекс подчинялся и даже не злился. Пытаясь остыть, медленно считал до десяти, по-отечески целовал меня в лобик и отпускал домой.

- Таня, надеюсь, тебе когда-нибудь надоест играть в недотрогу.

Уже до чертиков надоело, и подушечки пальцев скоро сотрутся от каждодневных ласк, с помощью которых я пыталась снять вызванное мужскими поцелуями и касаниями напряжение. А еще, возможно, я скоро умру от обезвоживания, после каждого такого прощания с ним трусики хоть выжимай.

- Чувствую себя подростком, каждый вечер дрочу, словно прыщавый юнец, даже не включая порно. Танюш, поехали на следующие выходные в одно прекрасное место... Там сосны, озеро, и такой воздух, просто охренеть!..

'И там я тебя трахну!' - договорила за него развратница, а от низа живота по телу распространилась жаркая штормовая волна предвкушения.

- Я подумаю над вашим предложением, Александр Иванович.

- Ты меня с ума сведешь, Татьяна Лазарева!


ГЛАВА 4

- И что, Никита Алексеевич, совсем труба?

- Нет, почему же, я бы так не сказал, если удастся снять ограничения, наложенные приставами на завод, и найти крупного инвестора, который поверит в твои проекты, то вполне возможно выпутаться.

Устало потер виски.

- Какого черта я затеял это строительство! Хреновый из меня бизнесмен.

- Ты просто слишком масштабно решил действовать, нельзя ввязываться во столько проектов сразу, особенно когда в стране кризис.

- Я надеялся, что банк даст кредит. Когда совсем недавно встречался с его акционерами в неформальной обстановке, они заверили меня в своей поддержке. Кто мог знать, что такой крупный банк лишится лицензии.

- Эх, Сашка, в нашей стране нужно быть готовым к любой ситуации, особенно сейчас, когда банки лопаются, словно мыльные пузыри.

- Млять, он относился к сотне лучших кредитных организаций России. Акционеры говорили, что у них хватает средств, чтобы с лихвой обеспечить все свои обязательства.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адольф Гитлер (Том 1)
Адольф Гитлер (Том 1)

«Теперь жизнь Гитлера действительно разгадана», – утверждалось в одной из популярных западногерманских газет в связи с выходом в свет книги И. Феста.Вожди должны соответствовать мессианским ожиданиям масс, необходимо некое таинство явления. Поэтому новоявленному мессии лучше всего возникнуть из туманности, сверкнув подобно комете. Не случайно так тщательно оберегались от постороннего глаза или просто ликвидировались источники, связанные с происхождением диктаторов, со всем периодом их жизни до «явления народу», физически уничтожались люди, которые слишком многое знали. Особенно рьяно такую стратегию «выжженной земли» вокруг себя проводил Гитлер.Так возникает соблазн для двух типов интерпретации, в принципе родственных, несмотря на внешнюю противоположность. Первый из них крайне упрощённый, на основе элементарной рационализации мотивов во многом аномальной личности; второй – перенесение поисков в область подсознательного или даже оккультного.Автору этой биографии Гитлера удалось счастливо избежать и той, и другой крайности. Его книга уникальна по глубине проникновения в мотивацию поведения и деятельности Гитлера, именно это и должно привлечь многих читателей, которых едва ли удовлетворит простая сводка фактов.

Иоахим К. Фест , Фест

Биографии и Мемуары / Прочая старинная литература / Документальное / Древние книги