Не заставляйте доедать! Психология здорового питания для детей и родителей

• Инстинкт. Когда люди впервые узнают об ИП, они считают, что речь идет о нашем природном инстинкте. Ищи пищу, когда голоден, и прекращай есть, когда сыт. Благодаря нейрохимическим связям и гормонам, регулирующим аппетит, мозг контролирует, когда, сколько и что именно мы хотим есть. Мы называем это желанием. Мы не умеем сознательно контролировать свои инстинкты и аппетит. Многие люди считают, что чувство голода и тяга к еде — это плохо или неправильно. Но корни подобных представлений уходят в пуританские традиции. Ваши позывы естественны. Но сложившаяся культура питания наделила их негативным обликом, и теперь вам кажется, что с вами что-то не так. Когда мы пытаемся побороть свои инстинкты и, скажем, начинаем считать калории вместо того, чтобы ориентироваться на чувство насыщения, мы сбиваем систему обмена информацией внутри нашего тела и посылаем противоречивые сообщения в мозг. Наши инстинкты мудры и играют важную роль в интуитивном питании.

• Мысли. Мысли тоже играют важную роль, когда мы принимаем решения, что и когда есть. Особенно мысли о собственном теле и о еде. Наибольшее влияние на аппетит, желание есть и выбор продуктов оказывают мысли о похудении. Теории воздержания и привыкания — рычаги психологического влияния для интуитивного едока и два мощных инструмента, определяющих наше поведение.

Например, когда вы думаете: «Мне не стоит это есть» или «С понедельника сажусь на диету», чаще всего происходит вполне ожидаемый бихевиоральный ответ — вы переедаете. Напротив, если вы думаете: «Я съем это позже, когда проголодаюсь; нет необходимости есть прямо сейчас, ведь я пока не хочу», у вас не возникает побуждения принимать пищу только потому, что она доступна. Мы биологически спроектированы так, чтобы избегать голода. А диета подсознательно воспринимается мозгом как голодание.

Если наши мысли не сосредоточены на ограничениях или отказе от еды, мы способны жить в настоящем. Вот пример мыслей, которые посвящены текущему моменту и не связаны с отказом от пищи: «Насколько я голоден? Чего бы мне хотелось? Когда захочу, я смогу поесть». Подобные мысли не приводят к перееданию. В этом нет необходимости, ведь вы можете получить желаемое, как только проголодаетесь. Потребность в переедании возникает из-за угрозы лишения еды. Вы думаете, что вам придется отказаться от чего-то; что долгое время вы не сможете употреблять определенный продукт; что вам нельзя что-то есть. Или ощущаете чувство вины из-за того, что съели что-то. Подобные мысли, связанные с похудением, оказывают сильное воздействие на интуитивное питание. Мы еще познакомимся с ними подробнее дальше.

• Эмоции. Когда мы говорим о еде, эмоциональное переедание часто воспринимается как негативное явление. Но его не избежать, ведь эмоции — это часть нашего пищевого опыта. Несмотря на то что концепция похудения накладывает табу на эмоциональное переедание, в нем нет ничего плохого. Эмоции — это часть интуитивного питания. Они помогают регулировать аппетит, определяют наши желания и влияют на способность справиться с ситуацией и успокоиться. Чем более развита наша способность принимать свои чувства, тем лучше мы понимаем, почему и как они влияют на желание есть.

Когда наши эмоциональные потребности не удовлетворены, еда часто становится быстрым и эффективным способом справиться с ситуацией и успокоиться. Это поразительно, и важно осознать, что осуждение эмоционального переедания отдаляет нас от заложенных природой мудрых механизмов, позволяющих понять, сколько пищи употребить. Дети, как и взрослые, тоже испытывают потребность в том, чтобы адаптироваться к ситуации и успокоиться. И еда может стать способом удовлетворить эмоциональные потребности, отвлечься и восстановить душевное равновесие. Возможно, вы замечали, что, когда вы грустите и когда испытываете стресс, вы едите по-разному? А если вы взволнованы? Или обеспокоены? Чрезмерно тревожные дети могут отказываться от еды, принимать пищу, чтобы успокоиться, или не испытывать чувства голода вовсе. Наши эмоции влияют на пищевое поведение: мы очень хотим есть или не ощущаем особого аппетита.