Не зови волка

– Может быть.

– Зачем?

Чарн завалился на бок и вытянул задние ноги.

– Может, я волновался, – сказал он, пока мрачный зал окрашивался в вечерние тона.

Рен хотела засмеяться, но вдруг увидела черную полосу дыма, поднимающуюся над деревьями. Она ясно выделялась на фоне темно-фиолетовых гор, с высоты которых уже слышался грохот.

Дым поднимался от того места, где протекала река. Дракон.

– Ты все видел? – спросила Рен.

– Да, – ответил Чарн. – Ты в порядке? – мягко добавил он.

Рен кивнула, уставившись на свои колени. В темноте ее человеческие ноги выглядели ужасно худыми. В последнее время она очень редко принимала человеческий облик. На это просто не было времени, и к тому же человеческое тело не приносило ей особой пользы. Мимо прошествовала семья енотов: они наверняка направлялись в подвал, где могли бы свернуться клубком в пустых бочках из-под водки или повздорить с барсуками.

– Я… спасла человека, – призналась Рен, тяжело сглотнув.

Чарн ничего не ответил, но его хвост непроизвольно дернулся. Он больше всех пострадал от человеческих рук и имел полное право их ненавидеть.

У Рен не хватило сил посмотреть ему в глаза.

– Я не собиралась, – тихо сказала она. – В смысле, я не хотела. Он подошел к реке, и Золотой Дракон… Чарн, он… Я думаю, он собирался биться с чудовищем, но тот просто улетел. Дракон не стал на него нападать.

Чарн молчал. Рен наблюдала за тем, как серое небо становится фиолетовым, а черный дым исчезает в темноте. Впервые она задалась вопросом: где тот человек сейчас?..

– Он упал в реку, – продолжила Рен. – И русалка чуть его не убила.

На этих словах Чарн резко вдохнул.

– Прости, – прошептала Рен, сплетая и размыкая руки. – Мне так жаль. Просто мне нужно было знать… мне было любопытно. Он… он был таким странным, Чарн. Не таким, как другие люди. Его клинок был покрыт засохшей кровью, которая превращается в огонь, а у его лошади – на голове рога и…

– Что?

Голос Чарна прозвучал слишком резко.

Наконец Рен подняла глаза. Он смотрел на нее не со злостью или разочарованием, но – возможно, ей показалось – с надеждой?

– Ты сказала, у лошади были рога, – медленно сказал Чарн. – Ты уверена? На уздечке?

Рен попыталась вспомнить, как выглядела лошадь, перед тем как скрыться в зарослях.

– Да, – сказала Рен, припоминая детали. – Одни рога на уздечке. Еще больше – на седле. Их там, наверное, сотни.

Чарн выдохнул сквозь клыки, издав глухой рык. Когда он заговорил снова, его голос – низкий и тяжелый – отозвался в сердце Рен вибрирующим гулом.

– Как выглядел этот человек?

Рен пожала плечами.

– Черные волосы.

– Может, на нем был меховой жилет? – спросил Чарн. – И ремень? Кожаный и широкий.

– Нет, – ответила Рен. – Он был полностью одет в черное.

– Длинные волосы? Борода?

Она покачала головой.

Волк изучал ее лицо.

– Рен, у него были голубые глаза?

– Чарн, я не знаю. Видишь ли, я была немного занята схваткой с русалками, – раздраженно сказала она. – Какая разница?

Внезапно Чарн поднялся на ноги и спрыгнул вниз. Он начал прохаживаться возле окна, задумчиво опустив голову. Его черный хвост подергивался, сметая пыль с пола. Волк хромал больше обычного, и Рен пронзило чувство вины: неужели он еще больше повредил лапу во время боя со стржигами?

Когда Чарн наконец заговорил, его голос казался глубже и холоднее, чем обычно, словно его выковали в горах, где черный волк когда-то появился на свет.

– Мы привыкли говорить, что встать на горную тропу – значит подписать себе смертный приговор, – начал он. – Обрывы и ущелья меняют свое положение каждую ночь, как море чередует приливы и отливы, и никогда не оказываются на одном месте дважды. И даже если ты не затеряешься среди них, то будешь раздавлен скалами. Еще драконы. Когда-то они населяли эти горы. Драконы и волки. Такой порядок сохранялся не одно столетие: драконы и волки.

В тот момент Чарн выглядел намного старше, чем Рен. В его тембре звучали отголоски древности, пока он рассказывал одну из самых старых историй этого мира.

– Но потом пришли Волчьи Лорды, – прошептал он. – Они отличались от других людей. Они были бесстрашны. Они строили свои дома на холодных вершинах гор и убивали драконов. Украшали свои поместья драконьими костями, носили их мех, крепили их рога к головам своих лошадей. Они чувствовали горы.

Рен никогда не бывала в горах. Они были за границей леса, и она каждый день видела их громадную темно-фиолетовую тень на фоне неба. В самые тихие ночи она слышала их шепот. Рен всегда казалось, что там сокрыто множество тайн. Горы хранили секреты в своих каменных сердцах и шептали их друг другу на ухо.

– Я думаю, – продолжил Чарн, словно прочитав ее мысли, – что мы, животные, ближе к земле и поэтому нам легче понять горы. Но Волчьи Лорды… они были особенными.

Голос Чарна опять изменился. Он остановился у окна, бросив взгляд на горы.