Нефть: Чудовище и сокровище

Всемирные эталоны – WTI, (что значит, West Texas Intermediate – Западно-Техасская Усредненная), и Brent. Последняя тоже названа в честь названия нефтяного месторождения в Северном море. А то в свою очередь нарекли именем птицы – Черной Казарки. С другой стороны название Brent при желании может расшифровываться и как аббревиатура названий пяти нефтеносных пластов. Правда, слово Brent в таком случае должно писаться по-другому.

Так или иначе, но две трети продаваемой в мире нефти оценивается по отношению к этой эталонной «птичке».

А вот российская нефть весьма «тяжела». А потому усредненная Urals (вот ведь до чего дошли – родной Уральский горный хребет официально по-английски именуем!) продается с ощутимой скидкой по сравнению с «легкими» сортами.

Вернее, так было раньше на протяжении многих лет, и так теоретически должно бы быть всегда – но происходят в мировой торговле нефтью некие очень странные вещи и наступает момент, когда корявые картофелины третьего сорта стоят дороже, чем отборный, чистый картофель сорта первого или высшего. Эти моменты сами по себе – важный симптом ненормального положения на рынке нефти в последние годы (см. главу «Как ей торгуют»).

Обычно у нефти есть два спутника – один, более легкий, он располагается над ней. Это – соперник и всё чаще заместитель нефти – наследный принц природный газ. Другой спутник потяжелей, соответственно располагается снизу – это соленая вода. От последней, конечно, мало толку, энергии из нее не извлечешь, но соляные образования часто помогали геологам ориентироваться в поисках нефтяных месторождений на ранних этапах, пока не были изобретены более совершенные способы разведки нефти. Так что спасибо и соли, она тоже сыграла свою роль в нефтяной эпопее.

Откуда она взялась?

Самая распространенная, почти общепринятая теория сегодня, состоит в том, что нефть имеет органическое происхождение.

Ее разделяет подавляющее большинство специалистов. Не то, чтобы большинству так уж редко свойственно ошибаться, но идти против течения нелегко. Тем более что у «органиков» есть очень сильные аргументы. Например, близкий родственник нефти – уголь – уж очень сильно смахивает на окаменевшее дерево. Логично предположить, что и другой накопитель энергии тоже должен был бы иметь сходное, биологическое происхождение. Но, в отличие от угля, побывав при этом почти в преисподней – сначала в морских глубинах, а потом в подземных. И продолжался процесс ее формирования многие миллионы лет.

В таком случае нефть есть порождение жизни, что наводит на следующее рассуждение. Если одна форма жизни поглощает другую, то она всё равно ее как бы продолжает. Если тигр слопал антилопу, то она живет в хищнике и его потомстве. Или: дерево на вашей могиле вырастет, и вы продолжитесь березкой. Вас съедят черви, червей съест птичка, а птичку кошка, и вы будете отчасти кошкой. Круговорот жизни в истории и времени. Не очень научно, но передает суть идеи. Так вот, получается, что древняя примитивная форма жизни, планктон, оставила нам наследство – себя – в виде нефти.

Так и представляю себе господина Планктона, завещающего детям: мы не зря жили на этом свете, и все мы не умрем. А превратимся в «Цэ-Аш». И когда-нибудь через миллионы лет какая-нибудь другая милая семья зальет нами полный бак и рванет на выходные на природу.

Правда, для того, чтобы это случилось, планктона должно было быть совершенно колоссальное, несусветное, немереное количество в древних мировых океанах. Затем перегной из бывшего планктона и водорослей должен был подвергаться долгой термической обработке и высокому давлению. Происходило это вроде бы так: останки эти должны были выпасть в осадок на морское дно, а потом оказаться достаточно глубоко под другими осадками и в итоге – под землей. И вот там под влиянием очень высоких температур и давления происходил так называемый диагенез, органика постепенно переплавлялась в темное воскообразное вещество кероген – прародитель углеводородов. Затем тому керогену предстояло начать испаряться, переходить в газообразное состояние. При некоторых условиях часть этого газообразного вещества как-то конденсировалась в нефть, а другая его часть становилась природным газом.