Нефть: Чудовище и сокровище

В Португалии, впрочем, Гюльбенкян успел стать легендой и одной из главных местных достопримечательностей. После войны иностранные туристы и приезжие из других городов Португалии шли в ресторан отеля «Авиз» (ныне «Шератон») смотреть на аттракцион под названием «мистер Гюльбенкян вкушает свой обед». Не то, чтобы это было такое уж пиршество – Гюльбенкян соблюдал диету, но все же это была достаточно торжественная по местным меркам процедура. Тем более что Гюльбенкян восседал на специальном помосте, воздвигнутом в его честь администрацией отеля – видимо, чтобы его небольшой рост не создавал ему неприятных ощущений.

Странный, экстравагантный человек, чудак, почти эксцентрик, нелюдим – сегодня в его честь названы улицы, площади и музеи. Но это – результат его благотворительности, в основном посмертной. Фонд его имени раздал на протяжении десятилетий многие сотни миллионов долларов на всякие замечательные цели.

Но, чтобы раздавать деньги, их надо было сначала «сделать». Гюльбенкян их наделал за свою долгую жизнь очень и очень много – сотни миллионов, которые надо умножить на коэффициент, чтобы пересчитать в современные деньги. Не вызывает сомнений, по нынешним меркам Гюльбенкян был миллиардером и одним из богатейших людей планеты. Но интересен он всё же не своим богатством, а необычным, недюжинным характером и удивительной судьбой.

Гюльбенкян был невероятным везунчиком. Ему везло часто и постоянно, он всё время оказывался в нужном месте в нужный час. Для начала родился во влиятельной и состоятельной семье, располагавшей сильными позициями в Османской империи. (Кстати, малоизвестный и парадоксальный факт: несмотря на антиармянские настроения и даже периодические страшные погромы, некоторым армянам удавалось и разбогатеть и занять видное положение в Османском государстве, род Гюльбенкянов был примером тому). Впрочем, исключения, конечно же, подтверждают правило…

Гюльбенкян-старший, Саркис не только разбогател на торговле бакинской нефтью, но и достиг крупных постов, одно время являясь даже губернатором Трапезунда – порта, считавшегося коммерческими «воротами в Россию». Вообще Россия играла большую роль в судьбе Гульбенкянов, и младшего и старшего.

Старший сделал состояние на торговле бакинской нефтью, а младший к тому же удачно женился, породнившись с еще более богатым и влиятельным армянским кланом, имевшим большие связи и в Турции, и в Иране и других странах Европы и Азии. Связи эти очень пригодятся, когда он «заделается» вдруг иранским дипломатом – чтобы защититься от германских оккупационных властей во Франции. Ведь его богатство, тесные связи с английским капиталом, мало того, британское гражданство, неизбежно должны были вызвать пристальный интерес Гестапо. А так дипломатический статус позволил ему сначала вырваться из оккупированного Парижа, обосноваться в посольстве Ирана при правительстве Виши. А затем и вовсе перебраться через границу в Испанию, а потом и в Португалию. И главное – вывезти с собой в качестве дипломатического груза свои картины и коллекцию монет!

Везло ему всю жизнь, даже в самые неожиданные моменты. Например, на раннем этапе своей карьеры он вынужден был бежать от армянских погромов из родной Турции в Египет. И вот представьте себе: на том же корабле среди пассажиров оказался один из главных нефтяных магнатов России – бакинский армянин Александр Манташев. Завязавшаяся на борту дружба немало способствовала продвижению нефтяных интересов Гюльбенкяна. Потом в Египте покровительство премьер-министра Нубар-паши, кстати, тоже оказавшегося родственником жены, тоже сыграло свою роль в развитии семейного бизнеса, особенно в ближневосточном направлении (недаром даже сына назвали Нубаром!).

Связь с Манташевым, в частности, позволила Гюльбенкяну закрепиться в Лондоне в качестве представителя бакинских нефтяников и открыло ему двери в компанию «Ройял Датч», с главой которой – Генри Детердингом – он близко сошелся. Эта дружба и доверительные отношения продолжались почти 20 лет, пока между ними не встала женщина, ну, разумеется, красавица, и, разумеется, русская. (А кто же еще?)

Впрочем, к тому времени Гюльбенкян был уже мощным самостоятельным игроком в мире нефти, ни в чьем покровительстве больше не нуждавшемся. Теперь молодые армянские родичи мечтали уже о его поддержке…

Так что бесспорно: счастливый жребий Гюльбенкян вытаскивал в жизни много раз. Но было и другое – железная воля, хватка и быстрый ум, и немалые знания. Когда он в 19 лет в Великобритании получил диплом Королевского колледжа, учителя находили у него большие способности в области фундаментальных наук, особенно физики, и рекомендовали продолжить академическое образование. Но по совету отца вместо этого Галуст отправился в Баку знакомиться с нефтяной промышленностью России и по итогам поездки написал несколько аналитических статей, сделавших его в возрасте 21 года признанным экспертом в этой области.