Читаем Нейтронные звезды. Как понять зомби из космоса полностью

Еще до того, как астрофизики зарегистрировали на LIGO гравитационные волны, они знали, что слияние двух нейтронных звезд нанесет удар по некоторым альтернативным теориям гравитации. Но, по словам Зумалакарреги, на момент его выступления на конференции многие ученые еще не осознали, что их любимая теория вот-вот будет выброшена на помойку. И поэтому в Сакле он терпеливо объяснил, как открытие LIGO, уже, по слухам, состоявшееся, убьет многие теории, альтернативные по отношению к общей теории относительности. Как только он закончил говорить, множество рук вскинулись вверх – ошеломленные коллеги-ученые спрашивали, абсолютно ли он уверен, что та или иная конкретная теория умерла. По его словам, конференция была похожа на похороны, где некоторым участникам церемонии он первым сообщил новость о покойнике, лежащем в гробу. Однако, добавляет Зумалакарреги, некоторые альтернативные теории гравитации возникают просто по причине недостаточно хорошего понимания. “Вспомните, как до Эйнштейна многие видные ученые упорно старались примирить электромагнетизм с эфиром, хотя этот подход был совершенно неправильным”, – рассказывает он. Действительно, когда-то считалось, что для распространения света необходима среда – эфир, но позже было доказано, что эфира не существует.

По этим причинам неудивительно, что некоторые ученые задаются вопросом, не ошибался ли Эйнштейн и правильна ли общая теория относительности. И дело не только в темных энергии и материи. Чтобы альтернативные теории гравитации работали, они должны предсказывать все те стандартные явления, которые так успешно предсказывает общая теория относительности. Чаще всего большинству теорий это не удается. Поскольку многие из их прогнозов оказываются совершенно ошибочными, предложившим их ученым приходится придумывать способы исправления ошибок и методы, которые бы скрыли неверные прогнозы для тех масштабов, где их можно проверить.

Возможно, самые известные альтернативные теории гравитации – это варианты модифицированной ньютоновской динамики, или просто MOND. В этих теориях нет необходимости во введении темной материи, поскольку изменяется само определение гравитации. В них предполагается, что существует два вида гравитационных сил вместо одной. Иногда, говорят адепты теории MOND, сила тяжести велика, и тогда она заставляет объекты подчиняться закону тяготения Ньютона, согласно которому сила тяжести между двумя объектами уменьшается обратно пропорционально квадрату разделяющего их расстояния. А когда сила тяжести очень мала – например, на окраинах галактики, – она, согласно этой теории, с расстоянием уменьшается медленнее. Это могло бы объяснить, почему кажется, что притяжения обычного вещества недостаточно, чтобы удерживать быстро движущиеся звезды внутри своих галактик, и тогда не нужно было бы вводить темную материю в модель для увеличения гравитационного притяжения, необходимого для устранения противоречия.

MOND – это всего лишь общая идея. Одна из попыток превратить ее в законченную теорию – это скаляр-тензор-векторная теория гравитации TeVeS, в которой имеется математический аппарат, описывающий все: от Солнечной системы до черных дыр, галактик и космологии. Как и другие разновидности теорий MOND, TeVeS объясняет, почему скорость звезд в галактиках одинакова повсюду, считая гравитацию вдали от центра сильнее, чем она должна быть согласно теориям Эйнштейна и Ньютона. Есть еще теории галилеонов – составная часть класса теорий, называемых теориями Хорндески и расширенными теориями Хорндески. Теории Хорндески получили свое имя в честь Грегори Хорндески – физика, разработавшего их в 1974 году. Более широкое физическое сообщество по-настоящему обратило свое внимание на его идеи только около 2010 года, когда он уже оставил занятия наукой и стал художником в Нью-Мексико. Большинство этих теорий пытаются исключить темную энергию и ввести поправки для объяснения расширения Вселенной и поведения силы тяжести. Другие теории, такие как теория гравитации Бранса – Дикке и ее варианты, являются развитием философских или математических идей общей теории относительности. Существуют также оригинальные теории, такие как теория физика Эрика Верлинде, в которой предполагается, что законы гравитации естественным образом вытекают из законов термодинамики, точно так же как волны в океане порождаются молекулами воды.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука