Читаем Нейтронные звезды. Как понять зомби из космоса полностью

Излучение, которое эти вращающиеся остатки ядер звезд посылают в космическое пространство, позволяет нам их обнаруживать. До сих пор остается загадкой, какие именно механизмы ответственны за это излучение, но ученые рассматривают несколько сценариев. Хотя считается, что внутренняя структура всех нейтронных звезд одинакова, похоже, есть три разных источника наблюдаемого излучения. В одних случаях излучение нейтронной звезды может быть обязано только ее вращению, в других – перетягиванию вещества от звезды-компаньона. И наконец, некоторые нейтронные звезды столь сильно намагничены, что их закрученные магнитные поля могут привести к растрескиванию поверхности звезды. Происходит “звездотрясение”, сопровождающееся мощной, короткой и яркой вспышкой. Каждый из механизмов по-своему замечателен, и чем больше мы наблюдаем нейтронные звезды, тем лучше понимаем, как они устроены5.

Радиопульсары: крутящиеся галактические колеса

Когда Джоселин Белл открыла четыре пульсара LGM, они казались маленькими зелеными человечками, разбросанными по небу, которые вращаются в космическом одиночестве. Эти радиопульсары расходуют на излучение собственную энергию вращения. С тех пор обнаружено более 2700[14] радиопульсаров, главным образом в Млечном Пути. Излучение таких пульсаров достаточно слабое, и наши радиотелескопы не могут обнаружить те из них, что находятся гораздо дальше. Сверхмедленный пульсар Тана – тоже один из таких радиопульсаров. Источником излучения вращающегося пульсара служат частицы, уносимые с ускорением вдоль линии, соединяющей его магнитные полюса. Когда такой поток частиц пересекает луч зрения телескопа, мы регистрируем всплеск6.

Радиопульсары бывают либо одиночными, либо они являются компонентами двойных звезд, то есть систем из двух звезд, связанных друг с другом гравитационным взаимодействием и обращающихся вокруг общего центра масс. Излучая, пульсары теряют энергию, все больше и больше “устают” и потому вращаются все медленнее и медленнее. Как и самый медленный пульсар Тана, их излучение обычно соответствует радиодиапазону, хотя некоторые из пульсаров бывают источниками рентгеновского и гамма-излучения. Редко встречаются “чудища” (их называют слабыми рентгеновскими одиночными нейтронными звездами – сокращенно X – DIN или XINS, X-ray Dim Isolated Neutron Stars), которые излучают только в рентгеновском диапазоне, что необычно для одиночных пульсаров. Таких обнаружено пока только семь, их прозвали “Великолепная семерка”. Что это на самом деле – загадка. Может, мы просто не видим исходящие от них радиоволны, поскольку эти потоки радиоизлучения не направлены на нас. Или, возможно, они чрезвычайно узкие, так что вероятность их пересечения с лучом зрения телескопа очень мала. Представьте, что кто-то рядом с вами размахивает лазерной указкой. Вероятность, что ее узконаправленный луч будет светить вам прямо в глаза, очень мала.

Еще до открытия первого пульсара итальянский астроном Франко Пачини предположил, что быстро вращающиеся нейтронные звезды могут испускать радиоволны. Однако это должно сопровождаться множеством различных физических процессов. Начинается все с того, что материнская звезда передает своему потомку не только вращение, но и магнитный поток (составляющая магнитного поля, перпендикулярная заданной поверхности). Так нейтронная звезда обзаводится магнитным полем. Хотя у пульсара, как и у намагниченного бруска, который показывают на уроке физики в школе, есть два магнитных полюса, магнитные линии пульсара ведут себя совсем не так. Магнитные линии бруска выходят из южного полюса и идут к северному, откуда они выходят опять, образуя непрерывные, бесконечные замкнутые контуры.

Когда нейтронная звезда вращается, силовые линии магнитного поля тоже вращаются одновременно с ней – они привязаны к поверхности, как бороздки на вращающейся граммофонной пластинке. И, как ребенок на карусели, чем дальше от звезды, тем быстрее они вращаются. Но бесконечно скорость вращения увеличиваться не может: при каком-то радиусе она становится больше скорости света. В этот момент совместное вращение силовых линий и звезды заканчивается – в противном случае силовые линии поля будут двигаться быстрее скорости света, что невозможно.

Эта виртуальная граница, за которой совместное вращение невозможно, называется световым цилиндром. Любая магнитная силовая линия, не умещающаяся под световым цилиндром, остается незамкнутой. Излучение расходится внутри конуса, ограниченного последними замкнутыми силовыми линиями, заканчивающимися на световом цилиндре. Световой цилиндр имеет каждый вращающийся магнит, включая Землю. Но магнитное поле Земли достаточно слабое – на поверхности оно меняется от 0,25 до 0,65 гаусса, и концы цилиндра так далеко, что никакой роли он не играет. Однако магнитное поле нейтронной звезды настолько мощное, что это действительно важно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука