Читаем Нейтронные звезды. Как понять зомби из космоса полностью

И все же астрономы не сдаются. Основываясь на наблюдаемых гравитационных эффектах, они предполагают, что самая плотная концентрация темной материи вокруг галактики (или группы галактик) должна быть в заваленном всякой всячиной галактическом центре. Это предположение основано на том, что, согласно принятым моделям формирования галактик, в ранней Вселенной сначала образовались гало темной материи, когда за счет гравитации она сформировала сетчатую структуру, называемую космической паутиной, со сгустками темной материи в узлах. Эти сгустки и являются гало темной материи, представляющими собой огромные облака, которые напоминают по форме мячи для американского футбола, с самой высокой концентрацией темной материи в центрах галактик. Поэтому ученые считают, что если пытаться найти темную материю, то лучшим местом для поисков должен быть центр нашей Галактики4.


Дэн Хупер, астрофизик из Чикагского университета, прекрасно это знает. Вот уже два десятилетия он охотится за темной материей по всему Млечному Пути и ищет любые сигналы, которые могли бы доказать ее существование. Хупер в своих поисках сосредоточился на центре нашей Галактики, кроме того, он исследует галактическую плоскость, в которой находится большая часть массы нашей дискообразной Галактики. Но каждый раз, когда он думал, что, возможно, увидел какой-то намек на сигнал от темной материи, его надежды разбивали пульсары: иногда они производят сигналы, похожие на предполагаемые сигналы от темной материи, которые искал Хупер. “Пульсары – это своего рода антагонисты темной материи, – смеется он. – Когда вы наблюдаете что-то экзотическое, что, по вашему мнению, может быть темной материей, вы опасаетесь, что на самом деле это окажутся пульсары”.

История битвы между пульсарами и темной материей началась в конце 1990-х годов, когда на наземном детекторе Milagro в Нью-Мексико обнаружили чрезвычайно высокоэнергетическое диффузное гамма-излучение от всей галактической плоскости. Гамма-излучение – это форма электромагнитного излучения с наибольшей энергией из всех нам известных, и на детекторе Milagro зарегистрировали это излучение с максимальной энергией – около 3,5 тераэлектронвольт (ТэВ), или, иначе, 3,5 триллиона электронвольт (эВ). 1 эВ – это энергия, приобретаемая электроном в электрическом поле при прохождении разности потенциалов в один вольт. Для сравнения: в старых телевизорах с электронно-лучевыми трубками электроны ускорялись примерно тридцатью тысячами вольт, а это означает, что, когда они ударялись об экран, они имели энергию в тридцать тысяч электронвольт. А энергия в 3,5 ТэВ примерно в сто миллионов раз больше, и это значит, что скорость электрона с такой энергией гораздо выше, чем в электронно-лучевых трубках, и почти достигает скорости света.

Тот факт, что вся галактическая плоскость пронизана гамма-излучением, не стал неожиданностью. Гамма-лучи образуются при радиоактивном распаде атомных ядер. На Земле они рождаются в результате ядерных взрывов и ударов молний. В космосе они генерируются, когда космические лучи, обычно протоны высоких энергий, взаимодействуют с межзвездным газом или когда электроны проносятся сквозь звездный свет или поля галактического излучения. Гамма-излучение в космосе генерируется и при событиях, в которых выделяется высокая энергия, таких как взрывы сверхновых, а также в окрестностях черных дыр и нейтронных звезд. Но когда ученые, анализируя данные, полученные в гамма-обсерватории Milagro, сравнили свои результаты с тем, сколько гамма-излучения должно генерироваться в галактической плоскости в соответствии с количеством наблюдаемых космических лучей, они были поражены, обнаружив превышение этого излучения по крайней мере в десять раз по сравнению с тем, что ожидалось.

Позже, в 2006 году, в космическом эксперименте под названием PAMELA (Pay load for Antimatter Matter Exploration and Light-Nuclei Astrophysics, “дополнительное оборудование для исследования антиматерии и астрофизики легких ядер”), проводимом на борту российского спутника, обнаружился избыток еще одних частиц: на этот раз позитронов высоких энергий – античастиц электронов. Ученые считают, что в момент Большого взрыва было произведено равное количество вещества и антивещества. Однако затем материя каким-то образом стала доминировать над антиматерией, и на сегодня во Вселенной обнаружено очень мало антивещества (хотя его можно искусственно создать, причем даже на Земле). Галактическое магнитное поле придает движению этих частиц случайный характер, поэтому невозможно точно определить источник или источники этих позитронов. Но Хупер знал, что электрон-позитронные пары рассеивают свет звезд, отдавая ему свою энергию и превращая его в гамма-излучение с энергией порядка ТэВ. Были ли эти два эффекта – избыток высокоэнергетических гамма-квантов и позитронов – каким-либо образом связаны? И что их порождало?

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора
История Франции. С древнейших времен до Версальского договора

Уильям Стирнс Дэвис, профессор истории Университета штата Миннесота, рассказывает в своей книге о самых главных событиях двухтысячелетней истории Франции, начиная с древних галлов и заканчивая подписанием Версальского договора в 1919 г. Благодаря своей сжатости и насыщенности информацией этот обзор многих веков жизни страны становится увлекательным экскурсом во времена антики и Средневековья, царствования Генриха IV и Людовика XIII, правления кардинала Ришелье и Людовика XIV с идеями просвещения и величайшими писателями и учеными тогдашней Франции. Революция конца XVIII в., провозглашение республики, империя Наполеона, Реставрация Бурбонов, монархия Луи-Филиппа, Вторая империя Наполеона III, снова республика и Первая мировая война… Автору не всегда удается сохранить то беспристрастие, которого обычно требуют от историка, но это лишь добавляет книге интереса, привлекая читателей, изучающих или увлекающихся историей Франции и Западной Европы в целом.

Уильям Стирнс Дэвис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука