Неизвестная блокада

1. Агент немецкой разведки «Пастухов», установленный нами как Ш., быв. преподаватель Института им. Лесгафта в Ленинграде и взятый на учет и розыск еще в 1942 г., устанавливается вторично в 1943 г., а затем взят на учет и в розыск и Управлением контрразведки НКО «СМЕРШ» Лен. фронта. 16 октября с. г. Отдел контрразведки НКО «СМЕРШ» 55 армии, зная уже, что «Пастухов» нами разрабатывается и все его связи обставлены агентурой, тем не менее посылает в адрес прежнего места жительства Ш. своего работника, который как подозрительный человек нашим агентом был задержан и доставлен в милицию.

2. Аналогичную установку по делу взятого нами на учет и разыскиваемого разведчика Б. (разыскной список № 1, пор. № 38) провел «СМЕРШ» КБФ.

3. Взятый нами на учет разыскиваемый агент немецкой разведки «Вишневский» позже также устанавливался по дому и по службе органами «СМЕРШ» Ленфронта и КБФ, взят ими на учет и разрабатывается независимо друг от друга.

4. Установленный и объявленный нами в октябре 1942 г. в розыск агент немецкой разведки В., в августе 1943 г. устанавливался по дому и по бывшему месту службы Управлением контрразведки НКО «СМЕРШ» Ленфронта и их ориентировкой от 20/VIII-43 г., также объявлен в розыск.

5. К нашему агенту «Бобковой», работающей по розыску установленного нами ранее агента немецкой разведки С., явился работник Управления контрразведки НКО «СМЕРШ» Ленфронта и предложил все сведения, известные ей о С., сообщать ему.

6. Немецкий разведчик «Пат», установленный нами и объявленный в розыск еще в июне 1942 г., вторично объявлен в розыск ориентировкой «СМЕРШ» Ленфронта 13/VIII-1943 года.

7. Агенты немецкой разведки Ш., О., Д. и другие, объявленные нами в розыск по ориентировке 2 Управления НКГБ СССР, были вторично объявлены в розыск «СМЕРШ» Ленфронта без каких-либо изменений в установочных данных.

Рассредоточение розыска агентуры противника в различных органах явно нецелесообразно, так как:

Во-первых, это приводит к параллелизму в работе, излишней затрате времени, ненужному привлечению к делу розыска излишних людей из числа связей разыскиваемых.

Во-вторых, разработка разыскиваемых агентов противника по месту их прежнего жительства и работы, выявление их связей, создание специальной и использование имеющейся агентуры из числа гражданского населения — все это может быть лучше проведено органами НКГБ, нежели другими органами.

В-третьих, в послевоенный период изменники родины и быв. советские военнопленные (как возвратившиеся в СССР, так и оставшиеся за пределами СССР) все будут являться объектами учета и разработки органов НКГБ.

Принимая во внимание изложенное, полагал бы целесообразным:

1. Всю работу по розыску агентуры противника сконцентрировать во 2-х отделах НКГБ-УНКГБ.

2. В органах «СМЕРШ» оставить только работу по розыску, установкам и проверкам лиц, объявляемых в розыск по частям Красной Армии.

3. В тех случаях, когда при объявлении в розыск агента из числа бывших военнослужащих, известна часть, где этот изменник служил до пленения, обязать органы «СМЕРШ» производить установку по этим частям и сообщать установочные данные органам НКГБ для организации работы по розыску вне армии.

«__» ноября 1943 г.

г. Ленинград

(П. КУБАТКИН)

Архив УФСБ ЛО. Ф.21/12. Оп.2. П.н.27. Д.1. Л.201–203.

Документ № 31

СССР

НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

СОВ. СЕКРЕТНО

НАЧАЛЬНИКУ УНКГБ ЛЕН.ОБЛАСТИ

Комиссару Госбезопасности 3-го ранга

тов. КУБАТКИНУ

июля 1943 г.

№ 1199/м  г. Москва

гор. Ленинград

Заслушав тов. Кожевникова и рассмотрев представленную Вами докладную записку о мероприятиях по легендированию «Русского Комитета» и ликвидации «Ворона», НКГБ СССР считает необходимым обратить Ваше внимание на следующее:

1. Легендирование в Ленинграде антисоветского подполья, которое могло бы связаться с «Русским Комитетом», оперативно целесообразно. Однако, неправильно включать в состав руководящей группы легендируемой организации только лиц, издавна известных как противников Советской власти.

Также нецелесообразно именовать легендируемую организацию эсеровской, так как судя по воззваниям «Русского Комитета», последний ставит себя, якобы, вне всяких политических партий и организаций, выдвигая в качестве основного программного положения — национальное объединение антисовестких элементов, в том числе из числа бывших членов ВКП(б), для борьбы с Советской властью.

Поэтому Вам необходимо, не исключая из легенды намеченной Вами агентуры, придать легендируемой организации внепартийный характер и в качестве ее «руководителя» подобрать агента не из числа выходцев из антисоветских партий и белого офицерства, а — беспартийного, желательно специалиста, инженерно-технического работника, с некоторым общественным положением и именем.