Неизвестная блокада

Сообщают, что в Петербурге поперек улиц возводятся баррикады. Они состоят из железных и деревянных свай (столбов), бетонных труб, заполненных камнями, которые обшиты досками, а пространство между ними заполнено железным ломом, старыми трубами и песком. На некоторых перекрестках расположены бункеры, хорошо замаскированные под газетные киоски. Таким образом укреплена в особенности южная часть города, в значительной степени очищенная от гражданского населения. Однако и в северной части города строятся оборонительные сооружения.

Отдельные здания и прежде всего комплекс Смольного и часть территории, прилегающая к нему (квадрат L 10) накрыты защитной сеткой.

Пропаганда и организация по мобилизации населения на защиту города доходит до крайности. В мероприятиях по обороне города, как сообщается, принимает участие не только мужское население, но также женщины и молодежь. Однако не хватает оружия и, прежде всего, винтовок и пулеметов. Заменить их должны ручные гранаты, производство которых в настоящее время осуществляется в самом спешном порядке.

Предприятия, мосты, а также, по-видимому, канализация, как сообщается, заминированы и подготовлены к взрыву представителями центральных органов (выделено мной — Н. Л.).

Несмотря на широкую систему ПВО, она работает плохо. Из-за нехватки бомбоубежищ, плохой службы оповещения и безрассудства населения число жертв авианалетов велико. Противогазов не хватает. Все запасы кончились и поэтому при желании их нельзя даже купить. Можно получить только средства дезактивации.

Архивы НКВД, милиции и политических органов сожжены еще в начале сентября. Книги квартиросъемщиков собраны и приготовлены к уничтожению в партийных ячейках.

2). Положение со снабжением.

Трудности со снабжением возрастают постоянно. Однако пока еще рано говорить о голоде (выделено мной — Н. Л.). Для гражданского населения еще действуют нормы: 400 г хлеба для занятых на тяжелых работах, 200 г — для остального населения. Хлеб надо получать каждый день лично, для чего приходится стоять часами в очереди. Из-за воздушной тревоги, трудовой повинности и запрета выходить на улицу после наступления темноты часто эти ежедневные нормы просто невозможно отоварить. Кроме того, часто вместо 200 г выдают всего лишь 100 г [хлеба].

Помимо хлеба населению ежемесячно положено: 400 г сахара, 500 грамм мяса, 300 грамм масла, 100 г крупы. Занятые на тяжелых работах получают больше. Мясо, овощи и, прежде всего, картофель, как сообщают, вообще более нельзя получить.

Положение с продовольствием еще более ухудшилось в результате уничтожения большого количества складов и предприятий, выпускающих продукты питания.

Снабжение дровами обеспечивается еще за счет того, что из-за угрозы пожаров были разобраны все деревянные сараи.

Из-за нехватки угля многие предприятия закрыты и переведены на укороченный рабочий день. Многие предприятия (Кировский завод) переведены на использование дров.

Водо- и электроснабжение еще в порядке, однако в Красногвардейском районе (J 8–9) многие улицы находятся под водой, так как в результате бомбардировок выведены из строя гидранты (водоразборные краны).

3). Настроение и пропаганда.[146]

Растет число высказываний о том, что вследствие продолжающейся эвакуации из прилегающих к Петербургу районов его население выросло до 4–5 миллионов человек.[147] Беженцев собирают на сборных пунктах (школы и общежития) и направляют на строительство баррикад. Настроение населения ухудшается с каждым днем (выделено мной — Н. Л.). Из-за обязанности работать на возведении баррикад особенно страдают женщины, поскольку их дети остаются без присмотра.

С момента полной блокады города эвакуация осуществляется лишь в очень ограниченных размерах. Речь идет только о специалистах для работы на эвакуируемых предприятиях, чиновниках и партийных функционерах высокого уровня.

Оставленные в городе известные коммунисты получают новые документы с вымышленными именами.

Доля партийных функционеров в городе очень высока: они буквально пронизывают все предприятия, коммунальные службы, ПВО и формирования, призванные защищать заводы с тем, чтобы контролировать растущее недовольство всех слоев населения.