Неизвестная солдатская война

«9 февраля Сегодня утром поехали мы с м-м (майором Косульниковым.-Г.Л.) на Одер Через Ланзбер который мы брали Тогда в нем и людей было не выдать а сейчас много Большинство иностранцы Здесь нас мистера погоняли трохи».

– Это мы ездили на рекогносцировку для организации переправы. С хорошим настроением ездили. Потому что на пути к Берлину оставалась последняя переправа. Мог ли я об этом думать, когда Днепр форсировал?..

«10 февраля Мне предложыли послать домой посылку Я поручил своему другу чтобы он отослал а то мне некогда Я пошол в разведку Може меня до вечера ещо ебнуть».

– Речь идёт о той злополучной посылке с часами. А предложил мне отправить часы домой Роговский и подсказал, чтобы я в письме написал, зачем они дома нужны: на продукты менять, врачей и учителей задабривать…

«11 февраля Выехалы на другой участок фронта Целую ноч ехали а утром залегли спать

12 февраля Двинулись на исходною через город Кинзберг и заняли оборону в какой то деревне. Сейчас мы дело имеем с немецкими моряками попробуем как у них зубы».

– Раньше я уже рассказывал о том, как наши штрафники разделались с моряками немецкой одерской флотилии. Это когда прямо во время боя они успели раздеть убитых моряков. А одёжка на них была не то что на пехоте – потеплее, поудобнее и из лучшего сукна.

«13 февраля "Эх ма" наша таверна работае без перебоя. Кто останется жыв тот после войны спомнит за нее. Кругом гремят разрывы снарядов в нижний этаж уже штук 5-ть попало а у нас только одна болванка прошыла крышу не смотря на это все мы п'ем песни поем на акордионе играе радист а мы танцуем Нач-таверны назначен Я. А как только фрицы подымутся наш де-ше-ка их укладывает Он у нас такой серезный водку не п'ет девок не ебеть нас остерегает Хотя он стальной но мне подчиняется без капрызов за что я люблю тех людей которые его зделали на заводе Ну браткы Вып'ем за плохих артилеристов что не могут до сих пор попасть по нашей таверне она им жызни не дает А именно мой Любимец ДЕ-ШЕ-КА.

14 февраля Сегодня я водил своих разведчиков на церкву на колокольню Я думал оттуда лутше будет лупить фрицев. Но только мы залезли на колокольню так он как дал беглый по ней Так мы кубарем с летели в низ Одного тяжело ранило в жывот не выжывет бедный но я его успокоял что хирурги все зделають только не беспокойся не трать на то психики».

Из оперативной сводки Совинформбюро за 14 февраля 1945 года: