Неизвестная война императора Николая I

В рассуждениях Ю. Крючкова все поставлено с ног на голову. Он обзывает личного адъютанта императора Казарского «мелкой сошкой», сочиняет о его шашнях с николаевскими проститутками, врет относительно личного богатства, хотя стоит вспомнить запись в личном деле героя о том, что он «никакого движимого и недвижимого имущества за собой не имеет». О том, что Казарский и Лазарев действовали как единая команда, направляемая волей императора Николая I, я уже писал выше. Попытка представить Лазарева и Меншикова не имевшим никакого отношения ко всем безобразиям, творившимся на Черноморском флоте при Грейге и его камарилье, подельниках Грейга, вообще чудовищна и оскорбительна для памяти этих выдающихся государственных деятелей. Об огульном обвинении супругов Фаренниковых, написавших, что Казарский лично им рассказал о раскрытии на флоте воровства в огромных размерах и о том, что его уже предупредили о готовящемся покушении, в том, что они писали свои воспоминания в состоянии старческого маразма, вообще непорядочно. Кстати, сам Юрий Семенович Крючков (1928 года рождения) сочиняет свои опусы на 82-м году жизни. Так кому стоит больше верить, седому старцу Крючкову или лично знавшим Казарского Фаренниковым?

Я полагаю, что именно трагическая смерть Казарского и стала той последней каплей, которая переполнила чашу терпения Николая I. Именно тогда, в июле 1833 года, получив известие о таинственной смерти своего любимого флигель-адъютанта, он принял окончательное решение как можно быстрее убрать адмирала Грейга и навести порядок на Черном море. Именно тогда он подписывает высочайший указ о присвоении Лазареву чина генерал-адъютанта, что автоматически давало ему почти неограниченные полномочия для наведения этого порядка.

Николай I, казалось бы, обладавший почти абсолютной властью в государстве, на самом деле оказался бессильным не только защитить своего собственного адъютанта, но и до конца разобраться в истинных причинах его таинственной смерти, не говоря уже о том, чтобы найти и покарать виновников его смерти! На полное наведение порядка на Черноморском флоте и в черноморских портах у Николая I и адмирала Лазарева ушли долгие годы. История трагической смерти Александра Ивановича Казарского служит наглядным доказательством того, насколько тяжелой даже для императора-самодержца была борьба с коррупцией в 30-х годах позапрошлого века. Впрочем, а когда она была легкой?

* * *

История смерти флигель-адъютанта Казарского странно похожа на историю смерти великого композитора Вольфганга Моцарта. Разумеется, и время, в котором жили эти люди, и сами личности достаточно разнятся. Однако многое, очень многое, и в том и в другом случае удивительным образом совпадает. А это заставляет нас еще раз познакомиться с обстоятельствами смерти Моцарта и сравнить их с обстоятельствами смерти Казарского.

Для начала отметим, что и Моцарт, и Казарский были на момент смерти примерно в одном и том же возрасте. Оба буквально за день до своей смертельной болезни были бодры и здоровы. У обоих имелись весьма могущественные враги, способные на совершение преступления. У Казарского – всесильная чиновно-купеческая «черноморская мафия». У Моцарта – подозревавшие его в измене масоны, ревнивцы мужья и завистники-композиторы.

Официально считается, что причиной смерти великого композитора стала простуда и последовавшая за ней лихорадка. Официальной причиной смерти А.И. Казарского тоже была объявлена простуда и «нервная лихорадка». Примечательно, что и русский офицер, и австрийский композитор перед смертью поняли истинную причину своего смертельного недуга и пытались сообщить, что они отравлены. Моцарт несколько раз говорил об этом своей жене Констанции, а Казарский – супругам Фаренниковым. В обоих случаях лечащие врачи не захотели даже слушать умирающих… Моцарта, по мнению ряда историков, отравили ядом, состоящим из мышьяка, сурьмы и окиси свинца, именуемым «аква тована». Наличие яда в организме композитора доказали в 1962 году немецкие врачи. О составе яда, которым, судя по всему, отравили Казарского, мы уже говорили выше. По своему составу он особо отличается от яда, с помощью которого умертвили Моцарта.

Смерть обоих – и Моцарта, и Казарского – была весьма скоротечной. И у Моцарта, и у Казарского сильно распухли тела, оба испытывали острые боли, а после смерти тела обоих быстро почернели. И черноморского моряка, и композитора похоронили наскоро, в обоих случаях никакой судебно-медицинской экспертизы не проводили. Из гроба Моцарта вообще была похищена голова, а самого его зарыли в общей могиле для нищих. Тела обоих спустя некоторое время вроде бы все же эксгумировали, но документы эксгумации в обоих случаях странно пропали и до сих пор неизвестны.