Читаем Неизвестный Киров полностью

Что же это за резолюция? Почему она вызвала шок среди многих руководящих работников ЦК?

В нашей исторической литературе эту резолюцию обычно именовали «антипартийной». Так ли это? Давайте с ней ознакомимся. (Документ приводится в сокращении.)

«Единство партии и, в частности, всей Ленинградской организации, должно быть обеспечено во что бы то ни стало. Разногласия, бывшие на съезде, должны быть изжиты без малейшего нарушения единства рядов ВКП(б). Пленум Губкома постановляет:

1. Во исполнение постановления Пленума ЦК ВКП(б) от 1/1–26 г. прекратить дискуссию в Ленинградской организации по вопросам 14 партсъезда.

2. На всех собраниях, посвященных XIV-му съезду, предлагает, от имени Губкома принять резолюцию о присоединении к решениям съезда, полном подчинении им и абсолютном сохранении единства партии под руководством нового ЦК партии.

3. Ввиду прекращения дискуссии, считать недопустимым нападки на ленинградскую делегацию.

4. Редакциям ленинградских газет предложить печатать все резолюции коллективов, а не односторонний подбор их…

5. Вместе с тем Губком констатирует, что группой товарищей фактически создается в Ленинграде параллельная организация… делаются попытки создания параллельного Губкома, параллельных райкомов и т. д., устраиваются помимо Губкома особые собрания, рассылаются агитаторы, Организаторы, литература, образуется „инициативная группа“.

6. …Единству Ленинградской организации угрожают не разногласия, бывшие на съезде… Единству Ленинградской организации угрожают попытки разжечь борьбу дезорганизаторскими действиями, попытки создать параллельную организацию и тем самым нарушить самую элементарную дисциплину.

За единство партии.

За единство Ленинградской организации»[184].

Несомненно, «новая оппозиция», так же как и «цекисты», понимала единство догматически, категорически выступала против инакомыслия.

В тот же день, поздно вечером 4 января, срочно проводится заседание Северо-Западного бюро ЦК ВКП(б). Ознакомившись с резолюцией пленума, Севзапбюро предложило воздержаться от публикации резолюции на один день — до приезда членов Политбюро. О решении Севзапбюро ЦК были поставлены в известность все редакции газет.

В решении Севзапбюро ЦК записано особое мнение Зиновьева: пункты 5 и 6 сообщить только в райкомы, а в печати огласить первые четыре пункта. Кстати, сам Зиновьев не присутствовал на заседании Севзапбюро ЦК, но высказал свое мнение по телефону, что зафиксировано в протоколе[185]. Однако резолюция оказалась навсегда похороненной в архиве. Ее содержание весьма оперативно было доведено до Сталина.

И утром 5 января ЦК ВКП(б) принял постановление по поводу резолюции расширенного пленума Ленинградского губкома от 4 января 26 года. Его содержание телефонограммой за подписью Сталина сообщено в Ленинград. В ней говорилось:

«1. Губком поступил неправильно, не согласившись с предложением Секретариата ЦК об отложении… заседания губкома хотя бы на один день.

Перейти на страницу:

Все книги серии Архив

Китайская головоломка
Китайская головоломка

В книге рассказывается о наиболее ярких личностях КНР, сыгравших определенную роль в новейшей истории Китая. К числу их относятся Мао Цзэдун, Чжоу Эньлай, Линь Бяо, Дэн Сяопин, Цзян Цин, супруга Мао Цзэдуна. На конкретных исторических фактах и документах показано, как бывшие соратники по национально-освободительной борьбе оказались в конечном счете по разные стороны баррикады и стали непримиримыми врагами. Особое внимание уделено периоду «культурной революции» (1966–1976), который сами китайцы окрестили как «десятилетие великой смуты и хаоса», раскрыты предпосылки ее возникновения, показаны ее истинные цели. Именно в этот период «великой смуты» и «хаоса» каждый из членов «пятерки» в полной мере показал себя как личность. Издание проиллюстрировано фотографиями ее главных героев и документами, относящимися к теме повествования.

Аркадий Алексеевич Жемчугов , Аркадий Жемчугов

История / Политика / Образование и наука
Великое Предательство. Казачество во Второй мировой войне
Великое Предательство. Казачество во Второй мировой войне

Сборник впервые издающихся в России документов, воспоминаний очевидцев и участников происходившей в 1945–1947 гг. насильственной выдачи казаков, воевавших на стороне Германии, сталинскому режиму, составленный генерал-майором, атаманом Кубанского Войска В. Г. Науменко.Трагедия более 110 тысяч казаков, оказавшихся к концу Второй мировой войны в Германии и Австрии и депортированных в СССР, прослежена на многих сотнях конкретных примерах. Документы опровергают мнение о том, что депортации казаков начались лишь после Ялтинской конференции (февраль 1945 г.). Значительное место уделено пути следования от мест выдачи до концлагерей в Сибири, жизни на каторге, а также возвращению некоторых уцелевших казаков в Европу. Приведены случаи выдачи некоторых групп и лиц, не принадлежавших к казачеству, но находившихся в непосредственной связи с ним (например, выдача режиму Тито сербских четников во главе с генералами Мушицким и Рупником). Книга дополнена уникальными материалами из личного архива генерала Науменко.

Вячеслав Григорьевич Науменко

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
Браки совершаются на небесах
Браки совершаются на небесах

— Прошу прощения, — он коротко козырнул. — Это моя обязанность — составить рапорт по факту инцидента и обращения… хм… пассажира. Не исключено, что вы сломали ему нос.— А ничего, что он лапал меня за грудь?! — фыркнула девушка. Марк почувствовал легкий укол совести. Нет, если так, то это и в самом деле никуда не годится. С другой стороны, ломать за такое нос… А, может, он и не сломан вовсе…— Я уверен, компетентные люди во всем разберутся.— Удачи компетентным людям, — она гордо вскинула голову. — И вам удачи, командир. Чао.Марк какое-то время смотрел, как она удаляется по коридору. Походочка, у нее, конечно… профессиональная.Книга о том, как красавец-пилот добивался любви успешной топ-модели. Хотя на самом деле не об этом.

Елена Арсеньева , Дарья Волкова , Лариса Райт

Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Проза / Историческая проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары