Неизвестный Сталинград

Немецкое фото, сделанное после окончания боев. По воспоминаниям участника происходивших событий л-та Антона Драгана, обороной «гвоздильного завода» руководил он, а третью роту гвардии лейтенанта Колеганова ему на помощь прислал командир первого батальона Федосеев. Подорвав стену, немецкие солдаты стали забрасывать красноармейцев гранатами, затем бой переместился в заводские цеха, коридоры и служебные кабинеты

Согласно немецким донесениям 71-й пехотной дивизии, ее полки самостоятельно действуя каждый в своем секторе и используя атакующие группы с огнеметной поддержкой, медленно продвигались вперед. Штурмовые отряды ставили дымовые завесы, а саперы активно использовали взрывчатку. Захватив северное крыло вокзала, немецкая пехота постепенно зачищала огромное здание.

Оставшиеся в строю бойцы роты Кравцова трижды пытались прорваться через площадь к «гвозильному заводу», что удалось лишь немногим. Согласно воспоминаниям командира 42-го полка Елина в «гвоздильном заводе» держали оборону бойцы третьей роты лейтенанта Василия Колеганова. Крепкое здание находилось в начале улицы Гоголя, перегороженной баррикадой, торцом выходя на привокзальную площадь.

В разрушенном здании завода контуженый Колеганов написал записку – донесение командиру батальона Федосееву и отослал в универмаг вместе с раненым бойцом. У этого клочка бумаги оказалась долгая история: получив донесение комбат отправил группу раненных к Волге, так записка оказалась у командира дивизии Родимцева. Когда в конце сентября стихли бои в центре Сталинграда и первый батальон считался полностью погибшим в боях за вокзал, в дивизию приехал журналист Василий Гроссман. Услышав историю о погибшем батальоне Гроссман выпросил окровавленную записку у комдива. Она была с ним, когда писатель работал над романом «За правое дело» и его продолжением «Жизнь и судьба».

Лейтенант Кравцов пропал без вести в сентябре 42-го. Тяжелораненого Колеганова вынесли к переправе и эвакуировали на восточный берег, он выжил в Сталинграде, но погиб через два года при освобождении Польши.

«Вр. 11–30 20.9.42 г.

Гв. ст. лейтенанту Федосееву (ком. 1-го батальона)

Доношу, обстановка следующая: противник старается окружить мою роту, заслать в тыл моей роты автоматчиков, но все его попытки не увенчались успехом, несмотря на превосходящие силы пр‑ка, наши бойцы и командиры проявляют мужество и геройство над фашистскими шакалами.

Пока через мой труп не перейдут – не будет успехов у фрицев. Гвардейцы не отступают, пусть падут смертью храбрых бойцы‑командиры, но пр‑к не должен пройти нашу оборону. Пусть узнает вся страна 13-ю гв. дивизию, 3‑ю стр. роту. Пока командир роты жив, ни одна блядь не пройдет. Тогда может пройти, когда командир роты будет убит или тяжело ранен. Командир 3-й р. находится в напряженной обстановке и сам лично физически не- здоров, на слух оглушен и слаб. Происходит головокружение, и падает с ног, происходит кровотечение с носа, несмотря на все трудности, гвардейцы – именно 3‑я рота и 2‑я не отступят назад, погибнем героями за город Сталина, да будет им могилою советская земля. К‑р 3‑й р. Колеганов лично убил двух пулеметчиков‑фрицев и забрал пулемет и документы, которые представил в штаб б‑на.