Немецкая машина футбола

В Германии мобильный телефон Кристиана Гюттлера, изобретателя, начал раскаляться от потока текстовых сообщений от людей, поздравлявших его. Гётце только что забил гол, который породила его футбольная машина. Контроль, разворот, удар с лета. Бах. Одно быстрое, мгновенное движение. Движение из Footbonaut’а. Гётце соглашается. «Да. Было немного похоже. Но по-настоящему рассмотреть гол я смог только потом, по телевизору, и думал про себя: «Ого, да ты забил левой». В тот момент все было идеально. Было ощущение, что этот гол надолго останется в памяти». Он смущенно смеется, он, 22-летний парень, который в те несколько секунд сделал уже все, что было нужно, но у которого осталось еще 10 лет карьеры впереди

. «Verfolgen», глагол, который он использует, лучше всего перевести как «подвергать гонениям». Но также он может означать «преследовать». Бессмертия избежать очень трудно.

Он смущенно смеется, он, 22-летний парень, который в те несколько секунд сделал уже все, что было нужно, но у которого осталось еще 10 лет карьеры впереди.

* * *

«Это чистая техника», – написал Мартин Мазур из аргентинского футбольного издания El Gráfico в своем послематчевом отчете, отдавая дань неотвратимой логике, скрывавшейся за этим прекрасным, словно пришедшим из сладкого сна ударом, маленьким чудом футбольного искусства, производство которого заняло десять лет. Шюррле, родившийся в Людвигсхафене, городе на юго-западе страны, вокруг которого нет ни одного клуба Бундеслиги, четыре года тренировался по элитной программе подготовки в двух из 366 региональных центров Немецкого футбольного союза, будучи юношей, после чего «Майнц», которым руководил диссидент Юрген Клопп, подобрал его в 16-летнем возрасте. Гётце присоединился к «Дортмунду» в 9-летнем возрасте и вырос в академии клуба, систематически приучаясь играть на инстинктах и с воображением, присущим тем мифическим «уличным футболистам», о которых всегда так любит пофантазировать старшее поколение в Германии.

Однако игра еще не закончилась. «Тренер сказал: надевай футболку, ты выходишь, – вспоминает Мертезакер. – Парни на скамейке просто обезумели. Они стали орать мне: давай, ты сможешь, ты выбьешь головой все мячи!» Защитник «Арсенала» появился на поле в концовке дополнительного времени, и его единственным касанием мяча был вынос головой после длинного, отчаянного заброса в исполнении аргентинцев. «Я никогда не слышал так много радости и подбадриваний после выигранного единоборства в воздухе», – смеется он. Хедира чувствовал себя оправданным: «Мы смогли бросить в игру Пера Мертезакера, который разрешил две непростые ситуации в защите в конце матча. Этой замены не случилось бы, если бы я вышел на поле».

На бровке стоял замененный Озил и «надеялся, молился», чтобы Риццоли поскорее дал финальный свисток. Итальянец действительно свистнул, но лишь для того, чтобы наградить Аргентину штрафным ударом с перспективной позиции примерно в 25 метрах от ворот Нойера. Швайнштайгер, мучившийся от судорог, остановил Месси в отчаянном броске последней надежды. Шла третья минута добавленного времени, человек против манншафт, дуэль: последний шанс лучшего футболиста мира одолеть лучшую команду Чемпионата мира. «Маракана» устрашающе притихла.

«Пожалуйста, Господи. Он не должен забить», – говорил себе Гётце.

Мертезакер: «Я думал: просто пробей выше ворот. Не надо навеса, просто попытайся пробить в цель и запули мяч в небеса. Это лучшее, что ты можешь сейчас сделать. А потом он ударил выше ворот».

И тогда все было кончено. Обещание было выполнено, а кроме того, была оказана последняя услуга стране-хозяйке, которую избавили от бесчестья, что сулила им победа Аргентины на Чемпионате мира на их собственной земле. «Мы все в слезах обнимали друг друга после финального свистка. Именно тогда я осознал, какой длинный путь мы проделали как команда, чтобы добиться этого успеха», – говорит Бирхофф.