Неоконченное путешествие Достоевского

Разве я не чувствую в своей душе, что я составляю часть этого огромного, гармонического целого. Разве я не чувствую, что я в этом огромном бесчисленном количестве существ, в которых проявляется Божество, – высшая сила, как хотите, – что я составляю одно звено, одну ступень от низших существ к высшим. Ежели я вижу, ясно вижу эту лестницу, которая ведет от растения к человеку, то отчего же я предположу, что эта лестница прерывается со мною, а не ведет дальше и дальше [Толстой 1980: 122].

Зосима время от времени внушает подобные мысли Алеше: «Всякая-то травка, всякая-то букашка, муравей, пчелка золотая, все-то до изумления знают путь свой…»; «…ибо все как океан, все течет и соприкасается, в одном месте тронешь – в другом конце мира отдается…» [Достоевский 14: 267,290]. Алеша вполне усвоил понимание мироздания, внушенное учителем: пав на землю в монастырском саду, он ощутил, как «из бездны… <…>…нити ото всех этих бесчисленных миров божиих сошлись разом в душе его и она вся трепетала, „соприкасаясь мирам иным“» [Достоевский 14: 328].

Эти известные фрагменты имеют важнейшие философские основания, корни и источники. Но не менее важным для нашего сегодняшнего прочтения является то, что и Толстой, и Достоевский, даже когда они исследуют и пытаются изобразить невозможность разграничить сложную необъятность столкновений и взаимодействий между мельчайшими и широчайшими сцеплениями причинности, – оба инстинктивно предчувствуют то, что в наше время называют теорией хаоса. Именно дихотомию между двумя указанными видами причинности рассматривает эта теория:

Лишь новая научная дисциплина могла положить начало преодолению огромного разрыва между знаниями о том, как действует единичный объект – одна молекула воды, одна клеточка сердечной ткани, один нейрон – и как ведут себя миллионы таких объектов.

Понаблюдайте за двумя островками водяной пены, кружащимися бок о бок у подножия водопада. Можете ли вы угадать, каково было их взаимное положение до того, как они обрушились с водопадом вниз? Вряд ли. С точки зрения традиционной физики, только что не сам Господь Бог перемешивает молекулы воды в водопаде. Как правило, получив сложный результат, физики ищут сложные объяснения, и, если им не удается обнаружить устойчивую связь между начальным и конечным состояниями системы, они считают, что реалистичности ради в теорию, описывающую эту систему, должен быть «встроен» элемент случайности – искусственно сгенерированный шум или погрешность. Изучать хаос начали в 1960-х годах, когда ученые осознали, что довольно простые математические уравнения позволяют моделировать системы, столь же неупорядоченные, как самый бурный водопад. Незаметные различия в исходных условиях способны обернуться огромными расхождениями в результатах – подобный феномен называют «сильной зависимостью от начальных условий». Применительно к погодным явлениям это выливается в так называемый эффект бабочки: сегодняшнее трепетание крыльев мотылька в Пекине через месяц может вызвать ураган в Нью-Йорке.