Непокорное сердце

– Не думаю, что здесь есть хоть один клоп, дружище. Судя по всему, хозяева этого дома следили за чистотой и не бедствовали.

– Ты так говоришь, будто они тебе родные? – усмехнулся Гарнье.

Дрого улыбнулся в ответ: друзья часто подтрунивали над его почти маниакальной приверженностью к чистоте, которая многим казалась неуместной в походной жизни, – и сказал:

– Отдыхай, дружище: тебе сейчас нужен покой.

Гарнье закрыл глаза, а Дрого вернулся в гостиную, где Иво, его слуга, пытался разжечь огонь в камине. При всей своей неторопливости, подчас даже смахивавшей на лень, этот черноволосый великан превосходно управлялся со всеми делами. Но удивило Дрого не это: из-за спины Иво робко выглядывала худенькая девушка.

– Старина, откуда здесь это создание? – спросил он, подходя ближе. – Она живет в этом доме?

Иво кивнул, тряхнув волосами, а Танкред, поднимаясь со скамейки, воскликнул:

– А-а, ты привел ее, чтобы мы могли позабавиться!

Иво шагнул ему навстречу, загородив девушку своей массивной фигурой, в глазах его сверкнул опасный огонек, и Уллак поспешно отступил, буркнув:

– Да ладно, ладно, ну ошибся.

– Моя. Я ее нашел, – пробурчал Иво.

– Это ты ее так избил? – поразился Дрого, заметив на лице девушки ссадины.

– Нет, другие, а я у них ее отобрал и взял себе.

– Вот как? – постарался изобразить серьезный тон Танкред. – Теперь понятно, почему у нас столько народу покалечилось при высадке.

Повнимательнее приглядевшись к девушке, он заметил, как она дрожит, и поспешил ее успокоить.

– Не бойся: никто тебя не тронет.

В следующее мгновение он увидел еще кое-что и произнес, отойдя на безопасное расстояние:

– Она рабыня! У нее колечки в ушах: такими саксы метят своих рабов. И сдается мне, рабыней она была непокорной, судя по тому, что ее били плетью.

Сквозь изорванное платье на спине девушки виднелись кровавые следы от ударов.

– Моя, – повторил Иво, сгреб девушку за худенькие плечи, сжал в своих медвежьих объятиях и перевел взгляд темных глаз на Дрого. – Вы можете оставить ее мне?

Дрого неопределенно пожал плечами и задумчиво потер подбородок.

– Пойми, Иво, эта девица чья-то собственность.

Иво кивнул:

– Да, какого-нибудь сакса, но вы же будете биться с ними и победите, и тогда все будет вашим. Так подарите ее мне прямо сейчас.

– Как у тебя все просто! – хмыкнул Танкред, и в его серых глазах заискрились смешинки.

– Хватит шуточек, Танкред, – буркнул Дрого и хмуро взглянул на Иво. – Ладно, можешь пока взять ее себе, но проследи, чтобы она хорошо работала и правильно себя вела. Нам некогда возиться с ленивыми и непокорными слугами.

– Спасибо, – кивнул великан. – Я присмотрю за ней.

– Повторяю: только на время. Танкред прав: кольца в ее ушах говорят о том, что у нее есть хозяева, которым и придется ее вернуть.

– Да, но лишь в том случае, если будет кому…

Танкред расхохотался, а Дрого повернул голову к Иво: когда тот начинал упрямиться, сладить с ним было непросто. Пожалуй, и правда стоит подождать, когда на девицу кто-нибудь предъявит свои права.

– Хорошо, будь по твоему. Но если будешь плохо с ней обращаться, я ее заберу.

Дрого знал, что Иво и мухи не обидит, но все же последнее слово всегда должно оставаться за хозяином.

– Я не причиню ей вреда, – пообещал Иво и, довольный, взял девушку за руку. – Она будет Мэй.

– И что, он потащит ее с собой? – недовольно заметил Танкред, когда гигант исчез.

– Попробуй сам его переубедить, – буркнул Дрого, усаживаясь на стул и снимая перчатки.

– Нет уж, спасибо: не хочу лишиться головы раньше времени. Боюсь только, с ней проблем не оберешься. Ты видел рубцы у нее на спине? Видно, ее часто поколачивали, и, скорее всего, за дело. Зачем нам нерадивая служанка?

– Может, она просто туго соображает и медлительна, как Иво, а у ее хозяина нервы послабее, чем у меня. Чего гадать? Посмотрим. Слуга может вполне устраивать одного хозяина и доводить до белого каления другого. Иво спас ее, и в знак благодарности она наверняка будет паинькой.

Танкред пожал плечами:

– Ну как знаешь. Жаль, что он не привел сюда никого и для нас!

Дрого рассмеялся, стягивая подшлемник и кольчужную сетку, защищавшую шею, и пригладил влажные от пота черные волосы.

– Ты еще способен думать об этом? А я-то полагал, что тебе нужно основательно отдохнуть после твоих похождений перед отплытием.

– Да я уже отдохнул, пока были в море. – Танкред с сожалением обвел глазами комнату. – В этом прекрасном доме жили женщины.

– Откуда тебе знать?

– Пока ты возился с Гарнье, я прошелся по дому и в двух спальнях обнаружил женские вещи, которые у хозяев не было времени забрать.

В дверях опять появился Иво: в одной руке у него был кувшин, в другой – две деревянные кружки.

– Неужели вино? – радостно воскликнул Танкред. – Вот уж не ожидал.

– Да, хозяева успели много чего забрать, – заметил Дрого. – Это был очень богатый дом, а теперь здесь почти ничего не осталось.

– Скоро все дома здесь опечатают, – произнес Танкред, разливая вино по кружкам. – Все будет принадлежать Вильгельму. Но ты вроде у него в фаворитах – может, не обойдет нас своей милостью?