Неправильный демон (СИ)

Вторая наследница демонического рода Ситри, двенадцатого Столпа Ада и четвёртого по влиятельности рода в Преисподней, была в полном моральном раздрае. Она чувствовала себя физически и морально раздавленной. Всего одна ошибка, а какие последствия. Где-то глубоко внутри собственного разума что-то ей твердило, что у неё нет объективных причин для депрессии. Она не сделала ничего, за что стоило корить себя. Наоборот, это был один из тех моментов в жизни, где она была уверена в правильности своего решения на все сто процентов. Иначе она не могла поступить.

Брат её учил, что предавать друзей - последнее дело в жизни, нельзя так делать с теми, кто тебе доверяет всем сердцем. Он постоянно говорил, что если считаешь, что это правильно, то делай. Не смотри на других, а делай. Не заботясь о последствиях. Обычно она не делала так, она привыкла взвешивать и оценивать свои шаги с разных позиций. И вот, когда она впервые решила поступить так, как велит сердце, отбросив риски. А все, что она получила в ответ - лишь ярость и бешенство со стороны демона, которым она восхищалась с самого детства.

Никогда ей ещё не было так больно, первые мгновения его слова слишком сильно походили на глупую шутку, но вот его эмоции... Они стали тем кинжалом, что вошёл ей в спину. Затем пришла обида. На себя, на брата, что обидел её, на весь мир. Впервые она сделала что-то значимое. То, что хотела, а не что нужно. За обидой пришла меланхолия, чёрная и тягучая. Разом стало как-то уже все равно. Не хотелось ничего. Она, отослав своих слуг, заперлась у себя в комнате и, обняв одну из больших мягких игрушек, что часто дарил ей брат, залезла на кровать и уставилась в никуда. Просто смотря перед собой, ни о чём не думая. Ей ничего не хотелось. Ни есть, ни спать, ни думать.

Тот кто оберегал её, защищал её, всегда поддерживал её, сейчас отступил не просто на шаг в сторону от неё, а на все десять. Она понимала, что за последние пять лет они виделись не так уж часто, пару раз в месяц в лучшем случае. У каждого из них было полно дел и слишком мало времени. Но даже так их всегда связывала незримая нить, они были опорой друг другу. И внезапно эта нить оборвалась, так она думала. Иначе ничем иным невозможно объяснить ту чистую ярость, что плескалась в её близнеце, когда он в последний раз видел её.

Она чувствовала себя покинутой и преданной. Все их детские обещания в один миг рухнули в пропасть из-за одной её нелепой ошибки. Может, она действительно дура? Нужно было послушать совета и взять свою свиту, и Риас и убраться прочь из того города? Не слушая всех тех жарких возражений со стороны Риас? Плюнуть на все и просто сбежать?

Какая глупая ошибка.

Внезапно, ручка на двери в её комнату повернулась. Но она же никого не приглашала, да и предупредила, чтобы её никто не смел беспокоить сегодня. Дверь открылась, и в комнату одним широким шагом вошел брат. Из-за чего Сона ещё больше сникла, сжавшись всем телом и, не контролируя его, отгородилась от взгляда Сефириоса мягкой игрушкой, которую она до этого с силой обнимала, будто стараясь спрятаться за неё.

- Сона... Сестра... - начал он. - Эх, нет, так не пойдёт, - вздохнул он и в пять шагов оказался возле неё. Что он хочет сделать, Сона не знала, она старалась не смотреть на него, отведя взгляд в сторону, ей было стыдно и обидно. Но вот он остановился возле края её кровати, а затем чем-то коснулся её руки, её пальцев. Дернувшись в его сторону, она краем глаза заметила, что он стоит перед ней на коленях и сейчас прикасается лбом к её левой ладони. - Никогда так больше не делай, сестра, - тихо и медленно проговорил почти бесцветным голосом, в нем были едва ощутимы отголоски эмоций, они будто выцвели, покинули его голос. - Ты просто представить себе не можешь, что я ощутил, узнав, что ты с Риас остались в городе, когда туда прибыл Кокабиэль. Никогда больше так не делай. Не заставляй меня испытывать этот страх снова, сестренка, - и только под конец в его голосе смешалось все: радость, что с ней всё в порядке, досада от того, что он не пришёл раньше, страх, что она могла умереть, ярость на того, кто мог быть в этом повинен, и на себя, за свою собственную глупость.

Она ожидала чего угодно, от укоров в её сторону, до дальнейшего недовольства брата, но не такого. Это было похоже, будто он умолял её. Это было слишком шокирующим для неё, совершено не к такому она готовилась...

- Я... Я... - Сона смотрела на своего старшего брата и не могла ничего сказать, слова путались в голове, язык не хотел поворачиваться, а в горле будто стал один огромный ком. Всё, что она могла, это только положить сверху на его голову другую свою свободную руку. Заставив его вздрогнуть.

- Сона, в моей жизни есть только двое, ради которых я готов пойти хоть в Бездну, хоть сквозь неё. Серафалл - моё сердце, и ты, Сона - то, что заставляет его биться. Не убивай меня, - да, Сефириос действительно умолял её, вкладывая в каждое своё слово все свои чувства, всю свою душу.