Неприятности с физикой: взлёт теории струн, упадок науки и что за этим следует

Ну, что я нахожу возмутительным, это что эти идеи оказались забытыми с середины 80-х; в одной статье по 4d-струнным конструкциям была сделана грубая оценка минимального числа струнных вакуумов — порядка 10¹⁵⁰⁰; этот труд был проигнорирован (поскольку он не вписывался в философию того времени) теми же самыми людьми, которые сегодня пере-«изобрели» ландшафт, который появился в этом контексте в журналах и даже, кажется, написаны книги о нём… Вся дискуссия могла бы (и, фактически, должна была бы) иметь место в 1986/87 годах. Главная вещь, что изменилось с тех пор в умах определённых людей, а что мы сегодня видим — есть Стэнфордская пропагандистская машина, работающая на полную катушку.[110]

Моё собственное предположение, что теория струн должна рассматриваться как ландшафт теорий, было впервые опубликовано в 1992 году и также было проигнорировано[111]. Это не изолированный пример. Две одиннадцатимерные суперсимметричные теории были изобретены перед первой суперструнной революцией в 1984 году, но игнорировались вплоть до их рассмотрения заново во второй революции, более чем десятилетием позже. Это были одиннадцатимерная супергравитация и одиннадцатимерные супермембраны. Между 1984 и 1995 годами малое число теоретиков работали в этих теориях, но они были вытолкнуты сообществом теории струн на обочину. Я могу вспомнить несколько саркастических ссылок американских струнных теоретиков на тех «европейских супергравитационных фанатиков». После 1995 года эти теории было предложено объединить вместе с теорией струн в М-теорию, и те, кто работал над ними, были приглашены назад в струнное сообщество. Очевидно, прогресс мог бы быть быстрее, если бы эти идеи не были так долго исключены из рассмотрения.

Имеются несколько идей, которые могут помочь теории струн решить её ключевые проблемы, но они широко не изучаются. Одной из них является старая идея, что множество систем, именуемых октонионами, являются ключом к глубокому пониманию взаимоотношения между суперсимметрией и высшими измерениями. Другой является требование, которое я уже подчёркивал, что фундаментальная формулировка теории струн или М-теории, до сих пор не установленной, должна быть независимой от фона. Во время кулуарной дискуссии по «Следующей суперструнной революции» на струнной конференции 2005 года Стивен Шенкер, директор Стэнфордского института теоретической физики, сделал наблюдение, что это, вероятно, пришло из темы вне теории струн. Если это осознано лидерами всего направления, почему они не поощряют молодых людей исследовать более широкий круг тем?

Сужение исследовательских программ, кажется, привело к огромному вниманию струнного сообщества к взглядам нескольких индивидуальностей. Струнные теоретики — единственные учёные, с кем я когда-либо встречался, которые обычно хотят знать, что думают вышестоящие люди в данной области, такие как Эдвард Виттен, прежде чем выразить свои собственные взгляды. Конечно, Виттен мыслит чётко и глубоко, но суть в том, что это плохо для любой области, если взгляды любой одной личности принимаются слишком авторитарно. Нет учёного, даже уровня Ньютона или Эйнштейна, который не ошибался бы в солидном числе проблем, по поводу которых он имел непоколебимые взгляды. Много раз в обсуждении после сообщения на конференции или во время неформального общения, если возникало вызывающее спор разногласие, кто-нибудь неизменно спрашивал: «Ладно, а что думает Эд?» Это использовалось, чтобы довести меня до отчаяния, и временами я вынужден был это показать: «Послушайте, когда я захочу узнать, что думает Эд, я спрошу его. Я спрашивают вас, что вы думаете, поскольку я интересуюсь ва́шим мнением».

Некоммутативная геометрия является примером области, которая игнорировалась струнными теоретиками до тех пор, пока ей не воспользовался Виттен. Ален Конне, её изобретатель, рассказал следующую историю: